Какое-то время мы шли молча, потому что жевали каждый свою перепечку. Но я успела прочитать название двухэтажного здания напротив. Крупными буквами было написано «Центральный универмаг», но множество маленьких вывесок на фасаде ниже говорило о том, что от советского «ЦУМа» там не осталось и следа.
После мы вновь дошли до непонятной конструкции в нижней части площади – перголы, как пояснил Роман. Сейчас она подсвечивалась и выглядела куда привлекательнее, чем до этого. Маленькие дети босиком бегали по воде, а взрослые снимали происходящее на камеры мобильных телефонов, ловя забавные моменты.
На подходе к мосту я сфотографировалась с фигуркой маленького Ижика. Смешной мальчик в длинном кафтане и цилиндре – неофициальный символ города. Как сказал Рома, в такой одежде раньше ходили рабочие оружейного завода. Кафтан был темно-зелёного цвета, из-за чего в народе оружейников стали называть крокодилами. Памятник крокодилу в Ижевске тоже имеется, он находится на пересечении улиц Советской и Коммунаров, и, возможно, мы и его увидим.
Вдалеке я заметила необычный высокий памятник, представляющий собой две параллельно стоящие стелы, соединённые между собой.
– Это Монумент Дружбы народов, – просветил меня провожатый, – а по-простому его называют «Лыжи Кулаковой». Галина Кулакова – легендарная советская лыжница, уроженка нашего города, недавно отметила свой семидесятипятилетний юбилей.
Мне приятно было слышать гордость в голосе Романа, чувствовалось, как он рад, что родился и вырос на одной земле с такими людьми.
Две башни-близнецы справа от спуска к пруду оказались жилым комплексом «Республика», ниже был выстроен «Колизей». Всё такое новое, современное, но, на мой взгляд, несочетаемое с основными достопримечательностями центральной части города.
Наконец, мы дошли до улицы, пересекающей наш путь, по пешеходному сигналу перешли дорогу и вновь оказались посреди большого открытого пространства рядом с монументом. Вниз вели многочисленные ступени и открывался прекрасный вид на набережную Ижевского пруда.
По моей просьбе, Роман несколько раз сфотографировал меня на фоне вечернего пруда, но спускаться к воде сегодня отказался.
– Это будет отдельная программа, – сообщил он, поворачивая назад.
Поскольку обратно мы возвращались тем же маршрутом, где мне уже знакомо было каждое здание, то я попросила Романа рассказать о себе.
Немного застеснявшись, он всё же начал рассказ.
Родился Роман даже не в Ижевске, как мне думалось, а в небольшой деревне Парзи Глазовского района Удмуртской Республики. Фамилия его имеет кировские корни, но сам молодой человек считает себя «махровым» удмуртом, не «вотяком»: надо заметить, такое прозвище люди этой национальности считают обидным. С детства Рома слышал удмуртскую речь, которая, к слову, у северных удмуртов сильно отличается от южного наречия, как, впрочем, и национальные костюмы.
– Ты, главное, запомни, что у северных удмуртов национальный костюм более сдержанный, основными цветами являются красный и белый. А вот у южных всё ярко и аляповато. Но это мы потом в музее посмотрим, – счёл нужным уточнить парень.
После девятого класса (до одиннадцатого в деревне просто не учили) он отправился в Глазов, где поступил в колледж при Педагогическом институте на библиотековедение. По окончании учёбы увидел объявление, что Национальной библиотеке Удмуртской Республики, открывающейся после масштабной реконструкции, требуются сотрудники. Так Рома переехал в Ижевск и устроился на работу, где трудится по сей день.
– Значит, послезавтра тебе нужно на работу? – расстроилась я, быстро просчитав в уме, что свободным у моего экскурсовода остаётся только воскресенье.
– Нет, я в отпуске. Но в «Ленинку» мы с тобой обязательно сходим.
Когда я добралась до гостиницы, мой мозг кипел от огромного количества информации. По-хорошему, следовало сразу же всё записать, но как только голова коснулась подушки, руки сами собой выронили телефон, силы покинули меня, предоставляя возможность подсознанию продолжить путешествие по Ижевску, но уже во сне.
Телефон вновь напомнил о себе в девять утра по местному времени. Звонил, конечно же, Роман.