Пожимая на прощанье руку Егора, Рома похлопал парня по плечу, как старого знакомого, а Яна дружелюбно обняла Наташу. Ей бы хотелось ещё увидеть проявление внимания в её адрес от бывшего возлюбленного, но этого не произошло. Коротко бросив напоследок «До скорого», молодой человек приобнял за талию свою спутницу и проследовал к машине такси. Роман открыл дверцу авто перед невестой и, сев рядом, назвал водителю адрес. Освещая фарами ночную мглу, машины разъехались в разные стороны, увозя бывших влюблённых в противоположных направлениях.
Яна, уже будучи вместе с Романом, иногда вспоминала о Егоре. Ей представлялась их встреча совсем иначе (почему-то она была уверенна, что когда-нибудь его точно увидит). Она думала, что он также преданно будет смотреть ей в глаза, как тогда на даче; что он если не побежит за ней по первому манящему жесту, то хотя бы даст понять, что готов это сделать; что после неё он будет предпочитать девушек постарше. Ну, или наоборот, сразу ощетинится и уйдёт в глухую оборону, чтобы ни Яна, ни кто-либо другой больше никогда не смогли причинить ему боль. В действительности же парень оказался к ней совсем равнодушен. Дружелюбный нейтралитет или милое безразличие – вот чего девушка никак не ожидала! Что может быть обиднее? Только его новая девушка, а точнее мысль, что начинаешь испытывать искреннюю симпатию к ней, занявшей твоё место. Наталья почему-то сразу понравилась Яне. Она была очаровательной, но достаточно сообразительной одновременно. Не стервозной куклой, которую тут же хочется возненавидеть. Не заумной невзрачностью, вызывающей к себе жалость. А интересной и привлекательной, как внешне, так и внутренне.
Такой жизненный поворот даже Яна со своим креативным складом ума не смогла бы предположить.
Незабываемый секс, который мысленно предназначался Егору, за неимением возможности быть реализованным в соответствии с желанием, достался Роману. Жених отнёс заслугу на свой счёт, чем, несомненно, потешил своё мужское самолюбие. В мыслях о Егоре, но в постели с Ромой, Яна уснула.
* * *
В маленькой кухоньке, залитой утренним солнечным светом, за чашкой ароматного кофе в одиночестве завтракал Роман. Яна, уже проснувшаяся, продолжала нежиться в постели. Под её боком сладко сопел Томас. Он вытянул длинные задние лапы и подставил пробивающимся сквозь окно лучам солнца своё полосатое пузо. Зная, что бежать к миске раньше хозяйки бесполезно, он не торопился идти на кухню, несмотря на то, что там уже был Рома. Яна поворочалась под одеялом ещё немного, но поняла, что больше уже не заснёт, и решила вставать.
– О, Януля, проснулась, – обрадовался жених.
Девушка терпеть не могла, когда её так называют, и не раз говорила об этом Роме, но он почему-то упорно продолжал это делать. Причём вид у него в этот момент был самый что ни на есть влюблённый.
«Может, забывает? – думала про себя Яна. – Или это у него высшая степень проявления любви?»
Смачно зевнув, девушка плюхнулась на табуретку. Парень знал, что ей требуется как минимум пара минут, чтобы начать соображать спросонок, поэтому сам налил ей кофе в кружку и поставил рядом сахарницу.
«А Егор размешивал мне сахар общей ложкой», – почему-то вспомнила Яна. От упоминания, хоть и про себя, имени Егора в голове тут же всплыли обрывки сегодняшнего сна. Только теперь девушка поняла, отчего так долго она не хотела просыпаться. Во сне было всё просто и легко: захотелось поцеловать Егора, вот он с распростёртыми объятьями, ждёт её, а не Наталью, и про Рому почему-то никто не вспоминает. Мягкие губы нежно прикасаются к ней, и земля будто останавливается в это мгновение. Так приятно и так хорошо, как в реальности уже давно не было.
– Может, всё-таки съездим к тебе на дачу? – Напомнил о существующей действительности Роман. – Наташа мне расписала все прелести загородного отдыха, почему бы не использовать возможность отвлечься от работы.
Тон у него был заискивающий, просящий. К такому у девушки давно выработался иммунитет. До недавнего времени (пока ещё не получила должность заместителя директора) она была начальником отдела, поэтому всех халявщиков и прогульщиков, которые именно таким тоном пытались выбить себе поблажки, чуяла за версту и научилась произносить решительное «нет». Ромка, надо отдать ему должное, по работе никогда не пользовался своим приближённым к Яне положением, да и в обычной жизни просил о чём-либо довольно редко. Но девушка понимала, что ни за какие коврижки не согласится даже пару дней лицезреть семейную идиллию Егора и Наташи, которых неминуемо встретит на даче.