Глеб замолчал, не замечая ни Евы, ни собеседника, – да, это отличная мысль. В моем понимании Достоевский безупречен как один из лучших представителей христианства, автор из него тоже вышел неплохой, но все-таки далекий от совершенства.
– Я дополню, – живо продолжила Ева. – Старуха получила по заслугам, но Раскольников испугался самого себя. Он не был уверен, что совершив первое ограбление, ему в голову не придет второе. Сама способность пустить кровь, подталкивает человека дополнить логику и мотив убийства. В следующий раз в пылу азарта он может спутать плохих людей с хорошими. Не случайно автор заставляет совершить его очередное убийство буквально в ту же минуту после первого. С состоянии шока в него вселился совершенно другой человек. Я как бывшая Соня Мармеладова точно знаю, что творилось в голове у Родиона. Он просто запутался, попал в ловушку, можно сказать раскололся.
– Вы умная пара, отличное дополнение к завершению моего путешествия по России. Одно мне непонятно – почему вы назвали себя бывшей Соней Мармеладовой? – Смутился Гарольд. Зрачки Евы заметно расширились, она начала ёрзать в кресле:
– Ой, вы меня неправильно поняли. Я хотела сказать, что очень глубоко прониклась ее юродивой сущностью, поэтому беру на себя смелость в каком-то смысле ассоциировать себя с ней, – Глеб с интересом наблюдал за враньем жены. Ложь ей была не к лицу.
В этот момент их капсула размером примерно в 50 квадратных метров состыковалась с остальными 123-мя капсулами. Вместе все 124 конструкции образовали величественных размеров порталёт. Он напоминал цветного летающего паука. Глеб не почувствовал никакого движения и не услышал рева мотора, но картина в иллюминаторе стремительно менялась. Порталиум остался позади, все звезды с их планетами никуда не двигались, они просто полностью исчезали и заново появлялись как силуэты людей под дискотечной цветомузыкой. Стало понятно, что порталёт двигается с невообразимой скоростью.
– Вы часто бываете на землях Дикси? В какой штат держите путь? – Спросил Гарольд.
– Мы летим в самое сердце Дикси, как раз к вам в Алабаму, – ответила Ева.
– Оу, добро пожаловать. Я возвращаюсь к себе в Пелхэм, мечтаю увидеть, как мой сынок впервые защитит честь «Пантер» в своей школе. Славный малый, он хочет профессионально заняться спортом. Если будете неподалёку, заезжайте к нам на ужин, очевидно, нам будет о чем поговорить. Мы с женой делаем лучший в штате белый соус барбекю, а ее жаренные соленые огурчики, помидорчики и окра просто заколдованы!
– Благодарим за приглашение. К сожалению, наши пути расходятся, мы едем в Хантсвилл. Мы с мужем ученые, контролируем качество производства космических двигателей.
– Вам повезло, сегодня там выступает вновь избранный губернатор. Я что-то слышал о российско-американском проекте «Клипер», новый космический корабль должен приблизить наши аппараты к скорости света. Вы тоже участвуете в этом проекте?
– Не совсем, мы занимаемся работенкой помельче, мир науки очень многогранен. Впрочем, мой муж задействован в секретном проекте, ему запрещено о нем рассказывать, скоро вам обо всем расскажет телевидение, – интонация Евы стала увереннее. Глеб, нахмурив брови, смущенно взглянул на супругу.
– Возможно, у нас с женой получится заехать сегодня в Хантсвилл. Если, конечно, мой парикмахер быстро меня подстрижет. Уж больно ответственно этот старик относится к своей работе, хотя руки давно не те. В прошлый раз он даже обжог меня кипяченным кофе. Жаль, что мы не можем точно запланировать нашу встречу.
– Эх, я бы с удовольствием сгонял в округ Шелби, еще ни разу в жизни не посещал экскурсию ретро-поездов. Люблю ощущать связь с прошлым, – Глеб почувствовал, как Ева сильно уколола его в бок.
– Да, приятель, я обожаю свой округ. Нет места лучше для бойскаутов. Наши лесные массивы впечатляют. В России тоже много леса. Я не всегда путешествую один, как-то мы с женой ездили в Сибирь, там такие невероятные просторы…
– Кажется, мы пребываем в пункт перезагрузки порталиума, – перебил его Глеб, обратив внимание собеседников, что в окне иллюминатора перестали исчезать звезды.