Когда мы сразу после боя крепость осматривали, все пиратские катера были уже потоплены. Но это не наша работа, точно знаю. На чем же они, спрашивается, уходить с заложниками собирались?
Я так думаю, что один из их командиров в первые же дни все просчитал. Людей приготовил. План разработал. А в оговоренный момент они тайком великих князей с матушками в катера погрузили, солидную долю драгоценностей взяли. Потопили оставшиеся катера. И ушли. За неделю по реке далеко уйти можно. И когда мы крепость штурмовали, там князей и близко не было. А оставшимся пиратам больше ничего и не оставалось, как драться за свои шкуры.
– А что пленные говорили?
– Да в плен пиратов, по сути, и не брали. Допросили на месте – и в расход. А что они там перед смертью говорили, нам, простым гвардейцам, не докладывали.
– А что же тогда все это от народа скрыли?
– Я так думаю, царь Вацлав испугался. И правильно испугался. Если
– Но князья же не иголки, были – и вдруг пропали непонятно куда.
– Нет, конечно. Вскоре на поиски великих князей в Южную Африку их отцы отправились.
– И что?
– Официальная версия: судно попало в шторм, получило пробоину и затонуло. Никто не выжил. Но я, как вы уже поняли, во всю эту чепуху не верю.
– И где же сейчас великие князья? За них требовали выкуп? Они живы?
– А вот на это, дорогие мои, даже и я не знаю, что соврать.
Глава третья
Интуиция бандита
Фредерик Зюкин жевал чебурек и, прихлебывая свежее пиво, беспечно глядел вокруг.
Фредерик прибыл в Великий Новгород совсем недавно. Полчаса назад его вынесли из лондонского поезда, переведя из неустойчивого статуса железнодорожного зайца в устойчивый статус сухопутного бомжа.
На процесс выноса Зюкин реагировал совершенным удовлетворением. «Сюда-то мы и намеревались, молодчаги! Гвардейцы! Орлы, матерь вашу за обе ноги!..» – то и дело подбадривал он проводников. Впрочем, «орлы-гвардейцы» в подбадривании не нуждались: раздраженно кряхтя, с тихим матерком, за руки, за ноги они довольно споро сгружали Зюкина на перрон.
Закончив дело, проводники швырнули Фредерику обшарпанный летный шлем (который Зюкин ловко поймал) и захлопнули дверь. Поезд тронулся.
Поднявшись-осмотревшись, Фредерик нахлобучил шлем (сферу украшала несколько нагловатая надпись на русском языке: «Гравитация – сволочь, ну ее на фиг!»), поднял солнцезащитное забрало, стал по стойке смирно. И залихватски отдал честь вагонам, уходящим на планету Земля, в далекий город Лондон.
Затем Фредерик обвел довольным взором окрестности, закурил папироску и сказал:
– Прямо на руках внесли. Это славненько.
И отправился в привокзальный кабачок.
…Грязные, но прилежно обкусанные ногти. Синие с пузырями на коленях джинсовые штанишки. Стоптанные сандалетки без ремешков. Дырявые шерстяные носочки. Засаленная тельняшка. Когда-то, наверное, коричневый плащ. Латаный-перелатаный куцый рюкзачок…
Да. И защитный шлем. Летчиков. Не исключено, истребителей…
Все это давало возможность наблюдательным посетителям кабачка идентифицировать Зюкина как довольно незаурядного бродягу-идиота. Бомжей в летных шлемах Великий Новгород (который, прямо скажем, трудно чем-либо удивить) доселе не встречал никогда.
Именно благодаря этому обстоятельству любознательная официантка не стала вышвыривать нового клиента, а довольно быстро принесла Фредерику его немудреный заказ – бокал пива и парочку чебуреков, надеясь в качестве чаевых разжиться какой-нибудь занятной историей. К тому же посетитель показался ей смутно похожим на какого-то известного артиста, или что-то в этом роде…
На вид авиапридурку можно было дать лет полста от роду (хотя, кто их, подзаборников, разберет: кажется на шестьдесят, а на деле – с трудом сорок исполнилось).
Но. Когда он снял шлем… Стало ясно – оригинальность новоявленного бомжа отнюдь не ограничивается облупленным шлемом боевых пилотов.