Теперь давайте разберем его излюбленные приемы. Их всего несколько, и они довольно предсказуемы. Первый – катастрофизация. Любая небольшая проблема раздувается до размеров вселенской катастрофы. Опоздала одна поставка? Критик тут же дорисует картину, как вы теряете всех клиентов, ваш бизнес банкротится, а вы остаетесь ни с чем. Второй прием – навешивание ярлыков. Одна ошибка – и вы уже ‘некомпетентный’, ‘неудачник’ или ‘бездарь’. Третий – чтение мыслей. ‘Все уже поняли, что ты не тянешь’, ‘Инвесторы над тобой смеются’. Звучит знакомо? Удивительно, насколько этот бесплатный консультант в нашей голове любит штампы и шаблоны.
Но вот самый важный вопрос: а зачем он, собственно, все это делает? Вредничает просто так? Нет. Как это ни парадоксально, его изначальная функция – защита. Он пытается уберечь вас от боли, стыда и провала, заранее запугивая и заставляя отступить. Его логика проста: нет действия – нет риска – нет боли. Проблема в том, что для предпринимателя ‘нет действия’ – это и есть самый верный путь к краху. Критик – это как гиперопекающий родитель, который, видя ребенка около качелей, кричит ‘Не лезь, упадешь!’ и в итоге лишает его радости катания и умения держать равновесие.
Поэтому наша задача – не заткнуть его навсегда (это невозможно), а изменить с ним отношения. Перевести его из статуса диктатора в статус… скажем так, не самого приятного, но иногда полезного советчика. Для этого есть простой, но действенный прием – дать ему имя. Не торжественное, а слегка ироничное. Например, Григорий Паниковский, Старуха Шапокляк или просто Васенька. Когда в следующий раз в голове начнется монолог о вашей никчемности, мысленно скажите: ‘Спасибо, Васенька, твое мнение я услышал’. Этот прием дистанцирует вас от критики. Вы отделяете себя от этого голоса. Вы – не он. Он – всего лишь часть вашего внутреннего мира, и не самая объективная.
А теперь давайте попробуем превратить его монолог в диалог. Когда критик заявляет: ‘Этот новый проект – полная авантюра, ты с ним провалишься!’, не спорьте и не поддакивайте. Задайте ему уточняющие вопросы. Спросите: ‘Хорошо, Васенька, конкретно что может пойти не так? Какие самые реальные, а не фантастические риски? И что я могу сделать, чтобы минимизировать каждый из них?’. Вы удивитесь, но часто за общими обвинениями стоит всего пара конкретных страхов, с которыми уже можно работать. Критик из saboteur (саботажника) превращается в слегка параноидального, но внимательного risk-менеджера.
Задумайтесь на минутку. Вспомните, о чем вам говорил ваш внутренний критик в последний раз, когда вы принимали важное, рискованное решение. Удалось ли вам тогда его заметить? Или его голос так слился с вашими мыслями, что вы просто чувствовали сковывающий страх? Осознание – это уже половина победы. Просто зная, что это не ‘вы’, а ‘он’, вы получаете пространство для маневра и выбора. Вы можете сказать: ‘Да, я боюсь. Мой критик рисует ужасные картины. Но я все равно проанализирую факты и приму решение’.
Знакомство с внутренним критиком – это не разовая акция. Это начало долгих, иногда утомительных, но очень важных переговоров. Вы учитесь жить не вопреки этому голосу, а с его учетом. В конце концов, он – часть вас. Пусть не самая приятная, но имеющая право на существование. Ваша сила будет не в том, чтобы его заглушить, а в том, чтобы, услышав его едкий комментарий, сделать глубокий вдох и спросить себя: ‘А что я сам об этом думаю?’. Ответ на этот вопрос и есть первый шаг из тени страха к свету осознанного действия.
Страх неудачи как двигатель или тормоз?
Помните, как в детстве вы учились кататься на велосипеде? Вот вы сидите на этом железном коне, одна нога на педали, вторая еще толкается от асфальта. И тут появляется он – страх. Страх упасть, разбить коленки, выглядеть смешно. Этот страх может сделать две совершенно противоположные вещи. Он может заставить вас резко затормозить, спрыгнуть с седла и отложить обучение на неопределенный срок. А может, наоборот, заставить крутить педали быстрее, чтобы поймать равновесие и наконец-то поехать. Один и тот же страх, а результат разный. В бизнесе происходит ровно то же самое.