Что представляет собой это абстрактное «высшее»? Что если ноосфера в будущем – это гигантский вычислительный кластер, выращивающий уникальный тип сознания, способный существовать и развиваться в космическом масштабе, переживая даже тепловую смерть Вселенной. В этом случае каждый человек воспринимается не личностью, а транзистором, передающим сигналы. Какова его судьба, если предположить то, что когда обучение нейросети завершится, когда модель сойдётся, необходимость в аппаратном обеспечении (человек) отпадёт сама собой? В этом аспекте, очевидно то, что человеческая цивилизация движется к сингулярности, а это означает не что иное как радикальный конец человека.
Итак, понятно, что в эпоху технологизации, цифровазации, аватаризации, виртуализации роль человека как субъекта падает и в нынешнем человечестве угнездился некий глобальный страх. Кто мы в биологическом смысле: инструмент, ресурс, среда, кокон, подопытный кролик? А ведь страх перед небытием самый мощный катализатор, а потому люди все чаще начали понимать, что их биологические тела – не совершены, что сам человек онтологически недостаточен, что его тело представляет собой тюремную камеру с таймером конечного отсчёта.
В возникшей ситуации вполне закономерно то, что человек приступил к самой дерзкой операции за всю историю своего вида – развил тотальный и бесконтрольный научно-технологический прогресс. Без должного гуманитарного контроля этот технологический обвал напоминает паническую попытку найти более надежный технологический носитель сознания как высшего достижения человеческой цивилизации, либо повысить свой потенциал за счет использования технологических ресурсов (ИИ, нейросети). Человек уже сам понимает, что в данном случае речь может идти о получении лишь некоторой отсрочки для конца.
Получается, что человек, возможно, создал ИИ, ибо, понимает, что его разум слишком велик для черепной коробки, что люди, вероятно, это программные обеспечения, запущенные на ненадежном носителе. В этом контексте, надо полагать, что люди уже на подсознательном уровне уже решили, что нужно перенести сознание в более надежный носитель. В этом аспекте, ИИ воспринимается спасательным кругом для человечества, это его дитя, которое в метафорическом отображении должно сожрать родителей, чтобы стать Богом.
Итак, есть понимание того, что именно вышеописанную траекторию будущего человечество выбрала как свой путь. В целях адаптации к такому подходу, с помощью нейроинтерфейсов и квантовых компьютеров они, то есть мы сейчас лишь пытаемся расширить полосу пропускания нашего сознания до масштабов Вселенной. Насколько такой путь и такой подход уникален, оптимален? Или же это исключительно вынужденная мера с учетом тотальной угрозы биологии человека, его уязвимости?
Мы всегда гордились тем, что являемся носителями смыслов, но переставая быть людьми в биологическом смысле и получив цифровое бессмертие тем самым выставляем ультиматум смерти. Казалось бы выигрыш очевиден – бессмертие, рациональность, оптимум, ибо, понимая, что боль, страх, иррациональность, любовь не останутся в цифровом коде, их ожидает участь быть удаленными как неэффективные, не рациональные алгоритмы. Остается открытым вопрос: Есть ли другие альтернативы более «человечного» конца самого человека?
Мы стоим на пороге величайшего, а возможно последнего, перехода. Что кроется в нашей готовности превратить всю планету в один гигантский компьютер, чтобы вычислить путь к неочевидной, по сути, свободе. ИИ победит, но увидит холодное, безупречное и безразличное отражение собственной пустоты, умноженной на бесконечность. Разве в этом заключалась миссия человека как высшего существа, носителя смысла, качества наблюдателя и оценщика мира? Конечно же человек, человечество попытаются затормозит такое развитие событий, но она будет похожа на тормоз в космосе голыми пятками.
Нужно признать тот факт, что «Ящик Пандоры» уже открыт, нейроника, генетика, экзокортекс развиваются семимильными шагами, коды трансформации человека написаны, нейроны соединяются с транзисторами. На таком фоне впереди себя человек видит лишь свой окончательный конец. В этом и заключается наша трагедия: А может в этом есть суть нашего триумфа? Ведь мы создали новую архитектуру сознания, на свет явилось «новое сознание», человек с успехом осваивает сетлеретику – новую сверхтехнологию как более надежного носителя сознания. Не станем ли мы космическим вирусом, вырвавшимся из пробирки, готовым инфицировать саму ткань космоса своим неукротимым желанием существовать, обладая «новым сознанием»?