Пересотворить человека, как трансфер сознания, по сути, фантастическая задумка, которая в реальности практически не осуществима. Но… интересен путь к нему, борьба идей и технологий. В этом аспекте, наверное, нельзя было изображать личность профессора Каракулова бледной тенью на фоне проблемы, а нужно было приоткрыть дверь не только в его научную лабораторию, но и в его умственную, интеллектуальную лабораторию. Ученые различных отраслей, их многочисленные диалоги, почти протокольные обсуждения на научных форумах и собраниях – это не столько фабульные элементы романа, сколько своеобразная технология «продвижения» в умах и сердцах проблем пересотворения личности. На то и научная фантастика. Нужно отметить, что научные выкладки вполне реальны, хотя отдельные утверждения спорны по существу. Что касается мотивов. Все началось из-за моего любопытства – а что если…? Как известно, научно-фантастическая литература отличается от научно-популярной, узаконенным правом опровергать основные законы естествознания. Я этим и воспользовался. Сама психологическая драма двух полумуляжей, один из которых (Салих) после пересадки ему нового тела не захотел смириться со своей «новой» неполноценностью, а другой (Каракулов) – ученый, переживающий кризис чрезмерной абстракции – это две разные идейные завязки в сюжете книги. Драма, безусловно, гуманистическая, но как быть, если в наш век сам гуманизм сдает свои позиции. Можно ли пересадить головной мозг одного человека в тело другого? Можно ли допустить конвейерное пересотворение человека? Может ли эта операция способствовать ускорению эволюции сознания человека? Человек с пересаженным мозгом – это симбиоз чьей-то индивидуальности с другим телом или это совершенно новый индивид? Постепенно сугубо медико-хирургический эксперимент приобрел статус философского эксперимента. Давайте рассуждать вместе и искать ответы на вопрос: как долго может оставаться незыблемым равновесие сил, предусмотренное эволюцией сознания? Очевидно, не спрогнозировав, каким будет человек завтра, нельзя успеть в деле пересотворения человека сегодня. Почему бы не допустить, что будущая технология будет иметь возможность выбора пути «упрощенного» пересотворения человеческой индивидуальности.
В данной монографии мы поставили перед собой несколько задач: во-первых, подчеркнуть степень акцентуирования социальных инфекций в предметном поле философии на основе аналитического обзора психологических, политических, экономических и технократических социальных инфекций, отражающихся на морально-этической характеристике человека и человеческого сообщества (Глава I); во-вторых, осветить биоэтические, технократические парадигмы и философские аспекты роботизации как социальной инфекции (Глава II); в-третьих, осветить биоэтические, технократические парадигмы и философские аспекты деперсонализации как социальной инфекции (Глава III). Полагаем, что результаты наших исследований будут способствовать формированию контуров философии социальных эпидемий – роботизация и деперсонализация. Зрелая философия позволит уже рационально решить проблемы, возникшие на пути общественного развития, предвидеть будущее общество на основе понимания современных социальных контекстов. Важно понимание того, что остановить эпидемию роботизации и деперсонализацию представляет собой неимоверно трудную задачу, ведь они продукт глобализационного социально-гуманитарного и технологического процесса. Следовательно, нужно принять меры по адаптации человечества к последствиям эпидемии, найти компромиссное решение не только в разрешении путей разумной роботизации, но и возможных противодействий против тотальной деперсонализации самого человека.
Глава I
Аналитический обзор социальных инфекций,
имеющих потенциал эпидемии и их вопросы
в проблемном поле философии
Нужно подчеркнуть, что в условиях глобализации и мирового технократического прорыва (кибернетизация, биотехнологизация, аватаризация, роботизация, биочипизация и пр.) человечество переживает время социально-психологического и гуманитарного кризисов. В этих обстоятельствах само человечество стоит на грани не только физического выживания как вид, но и трансформации рамок морально-этического благополучия. Люди ошарашены происходящим вокруг, трудно осознает суть и тенденции различных технологических, социально-политических, морально-этических нововведений, поветрий, концепций и идей мироустройства. Человечество и каждый отдельный человек стоят перед экзистенциальным выбором. В зависимости от типа личности, превалирования в ее поведении биологического или социального начала, индивиды тяготеют либо к одному полюсу, либо к другому. С одной стороны, речь идет о восприятии новых технологий (цифровизация, машинизация мышления, кибергизация, роботизация), а с другой стороны – поиск путей реализации принципа «технологической предосторожности», понимаемая как осмысленное прогнозирование конкретных последствий внедрения вышеуказанных технологических нововведений. Между тем, это касается морально-этической стороны технократического мира: деперсонализация, дереализация мира, деэтизация поступков и поведений, деморализация людей. Вышеперечисленные явления представляют собой социальные инфекции с разной степенью «вирулетности», «заразительности», «распространенности». В этом смысле, они подпадают под определение социальные эпидемии П.И.Сорокина, как генерализованное, расширенное и неконтролируемое воспроизводство социальных недугов, начиная от алкоголизма и наркомании, завершая, национализмом, «цветными революциями», гражданской войной, геноцидом и пр. Причем, механизмами развития таких социальных эпидемий являются: во-первых, рост уплотнения информационной среды; во-вторых, нарастание некомпетентности и психологической неграмотности населения; в-третьих, глобализация агрессии и терроризма; в-четвертых, поточная массовая культура и культурная дезориентация; в-пятых, нарастание дегуманизации и деэтизации общественного сознания; в-шестых, рост маргинальности и криминальной субкультуры; в-седьмых, доступность и распространенность психотехнологий; в-восьмых, рост отчуждения и психического насилия на фоне психологической неграмотности населения; в-девятых, истеродемонический ренессанс (экстрасенсы, маги, колдуны, парапсихологи).