– Зачем?
– Найди его!
По тону начальника Арик понял, что исчерпал лимит вопросов на сегодня. Найти – значит найти, и не его ума дело, зачем эта кувшинка потребовалась Габриэлю. Ведь их начальник не просто был творцом мира, он был еще и Вселенским Порядком, и кто знает, что у него на уме и какие высшие планы рождаются в его сложной голове.
Засунув в багажник машины все то, что дал ему Габриэль, Арик сел на свое место и подпрыгнул от испуга.
– Ты чего шарахаешься?
На пассажирском сиденье словно из ниоткуда возникла Лилит. Впрочем, это ее излюбленная манера появляться – неожиданно из пустоты. Давно нужно было к этому привыкнуть, но Арик все продолжал вздрагивать от неожиданности, когда Лилит вот так внезапно появлялась рядом с ним.
– Напугала. – хватаясь за сердце, признался он.
В ответ Лилит лишь пренебрежительно фыркнула.
– Он тебе уже сказал? – перешла она к делу.
– Про Лунную Долину? Сказал. – кивнул он – Не понял только, почему не ты?
Лилит сморщила свой миленький нос.
– У меня тяжелые отношения с местной жрицей.
– Все так серьезно? – губы Арика искривились в недоверчивой улыбке.
– Если бы эта сука не пыталась каждую встречу выпотрошить меня, было бы более-менее сносно.
После этих слов Арик уставился на нее выпученными глазами, пытаясь понять, шутит ли темная фея или говорит на полном серьезе.
Проигнорировав его изумление, Лилит полезла в карман своей куртки и достала из нее два предмета: металлический браслет, который изобрели в лаборатории, когда Чандлер отправился на Зартан, и эти самые браслеты выдали всем для связи с командой. А вторым предметом был маленький стеклянный пузырек, в котором болталась прозрачная жидкость.
– Это тебе. – она протянула ему браслет – Думаю, ты помнишь, как им пользоваться.
Арик молча кивнул.
– А вот это… – она покачала перед его носом стеклянным пузырьком – Используй это с умом, Арик Матьюз.
– Что это? – нахмурился он.
В его широкой ладони пузырек казался мизерным и таким хрупким.
– Это слезы печали темной феи. Мои слезы.
Фиалковые глаза Лилит со всей серьезностью смотрели на Арика, в то время как он совершенно не понимал сути ее дара.
– И зачем мне твои слезы?
– Слезы печали темной феи – это большая, даже огромная редкость, и за них ты сможешь многое выменять, если будешь использовать с умом. Учти, больше ты такого дара не получишь.
Арик понимал, что для гордой и бесстрашной феи слезы – это огромная редкость, а слезы печали и подавно. Впервые, когда они встретились, у нее не было никакой слабости, а теперь появилась одна-единственная – Кай Риванс, ее пара, ее любовь, ее смысл жизни. И что-то подсказывало Арику, что именно эти слезы были пролиты в печали по нему.
– Обещаю, Ли, я использую твои слезы с умом и осторожностью.
Протянув руку, он провел костяшками пальцев по ее щеке, и Лилит охотно прильнула к этому прикосновению. Для нее это было не более чем знак привязанности, любви и заботы. Она знала, что он не испытывает к ней того, что ему приписывает вся команда. Она фея, она чувствует это. Она со стопроцентной уверенностью знала, что Арик Матьюз любит ее не более чем своего хранителя, товарища по команде, сестру и просто близкого и родного человека. Не больше и не меньше.
– Удачи тебе. И помни, если я тебе понадоблюсь, тебе стоит только позвать.
– Я помню, Ли. Помню.