— А ты?
— Что я? — Он приподнял брови.
Я опустила глаза и уставилась в ложбинку между его ключиц. Боясь услышать ответ и уточнила вопрос.
— Что ты думаешь о том, что я человек?
Дерек ладонью поднял мое лицо и заставил смотреть в глазах. Они светились нежностью. А его голос был мягкий, но очень категоричный.
— Мэл, мне все равно кто ты, репликант или человек. Мне не важно кем ты была и кто твои родители или создатели. Важно, что ты со мной. И я тебя никуда отпускать не собираюсь. Кроме всего прочего, ты мой второй пилот. И у тебя контракт.
Я улыбнулась. Нежность и радость теплотой разливались в груди.
— Мне продолжить? Спросила Катя.
Дерек кивнул. Я развернулась в пол оборота к Кате, чтобы ее видеть.
— Да, пусть услышит, все что знаем мы на данный момент.
Катя кивнула и взяла планшет. Пролистала в нем странички и нашла нужную.
— Итак, продолжим. По документам Эдема ты была приобретена как репликант, двадцать лет физически, и два года фактически.
Я удивленно заморгала. Слова Кати меня здорово запутали и я решила уточнить.
— Ничего не поняла, это как?
— В увеселительные дома нельзя покупать репликантов которые выглядят моложе двадцати лет. Если девушка, человек и идет работать туда добровольно, то она тоже должна быть старше двадцати. Это закон. Репликантов для этих учреждений растят до двадцати физических лет за два года. Отсюда и данные в личном деле. В самом этом заведении ты пробыла год.
Катя осеклась и посмотрела на Дерека. Я почувствовала как напряглось все его тело. Руки сжались в огромные кудали так, что побелели костяшки пальцев. Он резко выдохнул и стараясь контролировать свои эмоции, но все равно его голос прозвучал резко.
— В порядке, продолжай.
Катя сглотнула, снова посмотрела на меня с таким видом, словно это она во всем виновата. Я погладила кулаки Дерека и обратилась к Кате максимально мягко.
— Катюша, все действительно в порядке. Я слушаю.
Врач по кивала, попыталась отпить чая, но тот уже закончился. Продолжая говорить, она встала и поставила чайник греться.
— Так вот по тестам, которые я провела тут, на корабле получается, что тебе фактически не два года. А восемнадцать.
Теперь окаменела я. Восемнадцать лет. Восемнадцать! И из них я лишь частично помню только последний год и обрывочные воспоминания из детства. Дерек тут же разжал кулаки и стал нежно поглаживать меня. Катя теперь с ужасом смотрела на мою реакцию.
Вскипел чайник и она трясущимися руками достала еще две чашки. Налила всем нам чай, который в этот раз сильно пах мятой и еще чем то очень приятным, успокаивающим. Вышла и быстро вернулась с тремя большими шариками льда. Кинула в каждую чашку и вручила пару нам. Лед растаял и сделал чай прохладным. Катя сказала.
— Успокоительный состав. Нервы расслабляет.
Мы все тут же сделали по большому глотку, а Дерек выпил все залпом и отставил чашку.
— В общем… — продолжила Катя. — Это был первый признак того, что ты не репликант. Но к тебе была применена технология быстрого взросления. Но на корабле нет такого оборудования, с которым я смогла бы сказать, сколько лет тебе было когда все это произошло и сколько лет тебе форсировали. Предположительно ты была ребенком, тогда в форсировании есть смысл.
Катя быстро допила чай. Я сделала так же. К разговору подключился Дерек. Голос его был уже спокоен.
— Не знаю, кто похититель, но он сделал большую ошибку похитив тебя. Такие как ты редкость. Лантанские модификации, отец темноволосый, знание месау. Это сужает круг поиска. Через двое суток мы выйдем из гиперпрыжка в секторе прибудем на Вега Прайм. Я сразу же пошлю сообщение своему другу. С тебя надо снимать статус репликанта и беглянки. Это первое, что надо сделать.
— Разве не надо узнать кто я первым делом? — не поняла я.
— Нет. Как раз это может и подождать. А то, что ждать не может это то, что ты в розыске. Сейчас ты легитимная цель любого деактиватора или охотника за головами. Изначально в наши планы не входило прилетать на густонаселенные планеты. Мы должны были довести груз на окольную станцию, а потом без остановок лететь туда где тебя можно спрятать на время и сделать новые документы.