Мы пешком поплелись в ночной город. Когда мы подошли к её дому, она говорит: «Ко мне можно залезть через окно веранды, я сплю отдельно от девчонок». Мы залезли. Дальше всё было шёпотом (чтобы не разбудить никого) и деловито (ведь я уже знаток женщин!). Я осторожно вошёл в неё, немного задвигался, вскоре услышав знакомое «ах!», дал сделать ей передышку, не покидая приюта, продолжил, не торопясь, снова дождался «ах!» Я начал понимать, что могу управлять процессом, внимать реакциям девушки и делать то, что нужно в данный момент. Всё-таки образованность – великая сила. Сколько раз я слышал рассказы парней, как они набрасывались на девок и наяривали без остановки, пока девушка не станет умолять прекратить её мучать! Или, наоборот, быстро кинул палку, и «пошла ты нахуй!»
Я прилёг рядом на спину и тихо прошептал: «Хочу минета». Она, молча, поменяла позу, перекинула ногу через меня и встала валетом на колени. Я напряжённо ждал «непередаваемых ощущений», известных мне по рассказам парней и вычитанных в литературе. Кроме болезненных ощущений от натянутой обручем крайней плоти и уздечки, я ничего не чувствовал. Было темно, я ничего не видел и не чувствовал, и тогда я потянулся рукой проверить наощупь, что где находится. Она только очень нежно облизывала головку. В сознании моём прошла приятная мысль, но тело моё никак не отреагировало на это. Очень скоро она вернулась мне под бок, положила голову мне на плечо и заснула. И я заснул…
Я пришёл к ней назавтра специально к полуночи, забрался через окно, нежным касание разбудил её, потом всё повторилось, только без оральных ласк. Я спросил, как она этому научилась. Она призналась, что два её друга как-то показали порно журнал и уговорили повторять то, что было на картинках. Она тихо уснула, а я вылез обратно через окно и поплёлся к себе, неудовлетворённый, но довольный. Довольный оттого, что у меня началась уже другая жизнь. Это было осознание того, что я мужчина, мужчина правильный, самец, что в моей жизни теперь регулярно будут женщины, и я могу их любить и нравиться им, – всё это пришло в мою жизнь летом 1978 года.
Итог Ялтинских каникул оказался хорошим. Во-первых, я не подцепил венерической болезни. Во-вторых: целый год я переписывался с Гуцулочкой (я её так называл), а потом она замолчала. А ещё через год написала, что влюбилась, вышла замуж и родила мальчика. Предложила продолжать писать письма, но я объяснил ей, что именно этого уже делать не надо.
Вот такие две истории с девушками, которые в моём реестре Казановы числятся под номерами 1 и 2.
Милая моя Донара, этот список не маленький. Я ещё тот кобель! Но мы же договорились, откровенность за откровенность. Важно как, где, когда, как долго и всё остальное. Только персоналии должны быть завуалированы. И главное: моё изложение не придумано и не дополнено вымыслом, в этом её ценность и эротичность.
Чтобы закончить второе письмо, я открою тебе одну маленькую тайну. Помнишь, когда-то давно, я на своём первом рабочем компьютере установил разные психологические программы, цветовой тест Люшера, был там ещё тест на определение сексуальной характеристики субъекта. Там нужно было ответить на 50 вопросов, дальше программа выдавала результат. Многим, кто ко мне заходил, я давал пройти этот тест, и ты тоже его прошла. А программа та была простенькой, и при небольших знаниях можно было список ответов из памяти извлечь. Ну, я и извлекал иногда. Меня интересовали только два ответа: «Какое разнообразие ласк используете в сексе» и «Сколько у вас было партнеров». Дона, у тебя в последнем ответе значилось 4. Вот я и подумал: А.Н. – это 1-й, Г.А. – 4-й. А вот об оставшихся двух счастливчиках, допущенных к интиму с тобой, я жду твоего повествования с подробностями! Вот так, как я пишу, напиши и ты, не торопясь, вспоминая детали. На стиль изложения не обращай внимания. Поверь, это не только эротическая забава, оно действительно имеет психологический эффект сбрасывания груза. Так что, давай, приступай. Плоть за плоть! Тайна за тайну!
Целую.
3
Милая моя Донара!
Я временами вспоминаю, как у нас всё начиналось, когда в тот счастливый день я коснулся коленом твоего колена, а ты не отвела ногу. «Да или показалось?», – думал я весь день. Ведь привлекала ты меня давно, особенно мочки ушей и открытая шея. Я говорил тебе, что какими-то фрагментами ты напоминаешь мне мою маму. А тяга к матери, этот Эдипов комплекс, он лежит в нас с младенчества. А потом подсознательно наши эротические желания проецируются на женщин, в ком видны материнские черты, физические или поведенческие. Признаться, я с некоторого времени, чувствовал, что если я проявлю инициативу, то не буду тобой отвергнут.