– Триста пятьдесят за час, – ответила девушка, искоса бросив на водителя взгляд из-под длиннющих ресниц.
– Не слишком ли жирно? – усмехнулся он. – Хватит и двухсот.
– За двести «крокодилов» снимай, если нормальные девчонки тебе не по карману, – девушка распахнула дверцу, собираясь выйти.
– Да ладно, не заводись, – мужчина задержал её за руку. – Если понравишься, я тебе пятьсот заплачу.
– Вот это другой разговор! – она захлопнула дверцу. – Поехали.
Машина быстро набрала скорость. Бросив взгляд на пассажирку, мужчина усмехнулся:
– Ишь ты, подколола: «не по карману»! Да мне, девочка, по карману скупить вас всех оптом от «кольца» до вокзала. Без «штуки» баксов в кармане я из дома не выйду.
– Уважаю таких мужчин, – сказала девушка.
Он опять взглянул на неё.
– А ты девчонка что надо! Красивая и не дура. Редкое сочетание. Ножки – просто произведение искусства. Да и бюстик ничего.
Мужчина потянулся правой рукой к её груди.
– Не спеши, – сказала девушка, перехватив его руку. – Не хочу заводиться раньше времени. Наиграешься, когда приедем.
Машина свернула в глухой закоулок и остановилась.
– Теперь можно, – промурлыкала девица и сладко потянулась, выставив вперед свои обольстительные грудки.
Мужчина потянулся к ним руками, крепко стиснул в ладонях. Но тут же, вскрикнув, отдёрнул руки. На обеих ладонях из небольших ранок сочилась кровь.
– Черт возьми! – воскликнул он. – Ты ёжик, что ли?
– Ага, – сказала девчонка, хихикнув. – Я ёжик. Ядовитый.
– Кончай придуриваться! – сказал мужчина с угрозой в голосе. – А то я…
Он вдруг замолчал, тяжело дыша. Ему не хватало воздуха. Руки потянулись к горлу. Спустя несколько секунд он замер с посиневшим лицом и широко раскрытым ртом.
Девушка убрала его руки от горла и развела их в стороны. Из внутреннего кармана пиджака она извлекла пухлый портмоне, в одном кармашке которого обнаружилась солидная пачка отечественных пятисоток, а в другом – пара десятков стодолларовых купюр. Затем она сдернула с шеи жертвы цепочку с крупным золотым кулоном. Из бокового кармана пиджака был извлечен золотой портсигар. В завершение, сняв с пальца убитого широкое обручальное кольцо, девушка положила всё это богатство в сумочку и, довольная добычей, вышла из машины.
– Чао, малыш! – сказала она и захлопнула дверцу.
Не спеша, огляделась по сторонам и спокойным шагом, как ни в чем не бывало, покинула это место.
Восьмой жертвой оказался криминальный авторитет. Теперь охота на таинственную путану-убийцу шла с двух сторон. У сыщиков началось жаркое время. «Июль – сенокосная пора», – грустно шутили они. Руководство метало громы и молнии. Даже начальник отдела Иван Егорович, изменив своему обыкновению, нередко срывался на крик.
– Позор! – шумел он. – Третий месяц не можем поймать какую-то шлюху! Если бандиты найдут её раньше нас, я вас всех уволю и наберу себе новых сотрудников.
Была разработана операция под названием «Блондинка». Суть операции заключалась в следующем. Был составлен сложный маршрут, по которому десять оперативников с определенным интервалом проезжали по городу, посещая практически все места, где дежурили «жрицы любви». Для этой операции пришлось раздобыть десяток приличных машин и экипировать ребят в дорогие шмотки. Параллельно по городу курсировали милицейские патрули, под благовидным предлогом задерживая всех проституток, хоть в малейшей степени соответствующих описанию. Их незаметно показывали Насте, после чего отпускали. Той, на которую шла охота, среди них не было.
Сама же Настя, окрылённая обещанием Васильева помочь в трудную минуту, умудрилась неоднократно влипнуть в неприятности, в связи с чем стала беззастенчиво обращаться за помощью к своему новому покровителю. Убедившись, что «мент» выполняет своё обещание, она осмелела настолько, что стала открытым текстом посылать стражей порядка в конкретную точку трёхмерной системы координат, оси которой обозначали латинские буквы «Икс», «Игрек» и наша отечественная «И – краткая». Пришлось срочно провести с ней воспитательную беседу.
Шёл третий день с начала действия операции «Блондинка». Но той самой блондинки, в честь которой операция была названа, обнаружить, пока не удавалось.