– А кому было известно о том, где вы её поставите этой ночью?
– Никому, только мне. Ну и жене моей, конечно.
– Давайте порассуждаем, – предложил Ивашов. – Вечером, когда вы ставили машину, она ещё не была заминирована, так как криминалисты установили, что взрывчатка была подключена к системе зажигания. Значит, преступник должен был проследить за вами, дождаться темноты, блокировать средства противоугонной защиты – полагаю, ваш автомобиль был оборудован ими?
– Да, я установил в нём самую дорогую и надёжную систему.
– Вот! Хотя после случившегося надёжность этой системы вызывает некоторые сомнения, всё же она должна была отнять немало времени у преступника. Ещё требовалось время на то, чтобы спрятать в салоне взрывчатку и подключить её к зажиганию. А ведь уже в три часа ночи в машине взорвался вор.
– Но почему именно вор? – воскликнул Бортов. – А что, если злоумышленник погиб при установке взрывного устройства? Разве не может быть такого?
– Нет, не может, – сказал Ивашов. – Личность погибшего установлена. Это профессиональный угонщик Николай Ваксин по прозвищу Гуталин. Нам он хорошо известен как специалист высочайшего класса в своём ремесле. Такой человек никогда на «мокрое» дело не пойдёт, он слишком хорошо зарабатывает на угонах.
– Я, знаете ли, тоже очень неплохо зарабатываю, – сказал Бортов со злым сарказмом. – Уж не меньше вашего вора. Но, тем не менее, вы, как говорится, «шьёте» мне это самое «мокрое» дело.
Ивашов пропустил колкость мимо ушей. Он молчал, прокручивая в памяти детали их беседы. Ему самому с трудом верилось, что человек такого уровня и достатка, как Бортов, стал бы рисковать из-за машины, пусть и очень дорогой.
– Ну, хорошо, – сказал следователь. – Давайте вернёмся к версии о покушении. До последней ночи у вас были основания опасаться за свою жизнь?
– Да как вам сказать, – замялся Бортов. – Было ощущение, что за мной кто-то следит. Конечно, это неприятно, но я не из пугливых. Своей жене об этом ничего не говорил. Но когда она сама сказала, что за ней постоянно кто-то увязывается следом, я всерьёз испугался. Я очень люблю свою жену.
– Вы обращались в милицию?
– Нет. То есть обращались, но не в милицию. Мы наняли частного детектива.
– Любопытно! – оживился следователь. – Как давно вы обратились к нему?
– Четыре или пять дней тому назад.
– Детектива наняли лично вы?
– Нет, жена. Знаете, мне всё некогда. Вот Лариса и взяла на себя эту заботу. Кто-то из подруг порекомендовал ей Игоря как хорошего специалиста. Но, прошу вас, – сказал он умоляющим тоном, – дайте Ларисе время прийти в себя после случившегося. Она сейчас в таком состоянии…
– Сколько вам лет, Валерий Иннокентьевич? – неожиданно спросил Ивашов.
Бортов удивлённо взглянул на него.
– Мне сорок один год, – ответил он.
– А вашей жене?
– Это имеет значение?
– Может иметь. Так сколько?
– Ей двадцать пять. Но это ни о чём не говорит. Мы любим друг друга. У нас счастливая семья.
– А дети у вас есть?
– У меня дочь от первого брака. Она живёт с матерью.
– А почему вы расстались с первой женой?
Бортов поднялся.
– Мы зря теряем время.
– Сядьте! – жёстко сказал Ивашов.