Ноги словно сами привели его к Белому Озеру. Кипреев любил это место. Здесь, у круглого уютно обустроенного водоёма, он нередко обдумывал сюжеты своих будущих книг, находил неожиданные решения непростых сюжетных ситуаций. Забавно, но разные участки парка, обрамляющего озеро, по-разному влияли на вдохновение писателя. Даже любимая скамья у него здесь была. Почему-то именно на ней в голову приходили самые интересные задумки. Сегодня по удачному стечению обстоятельств именно эта скамейка оказалась свободной. Сев на неё с краю, Иван сосредоточил своё внимание на мелкой ряби, которую лёгкий ветерок гнал по поверхности воды. В настоящий момент это было для него своеобразным аутотренингом, помогающим восстановить душевное равновесие.
Однако долго наслаждаться одиночеством не получилось.
– Не помешаю? – раздался рядом мужской голос.
Не дожидаясь ответа, молодой мужчина сел рядом на скамью.
– Шикарный денёчек! – бодро произнёс он. – Душа поёт. Жить хочется. Согласен, приятель?
– Слушай, попробуй радоваться жизни без моего участия, – недовольно проворчал Иван. – Я тебе в этом деле плохой помощник.
– Чего так? – мужчина внимательно посмотрел на соседа по скамье. – Проблемы? Неприятности? Поделись.
– Кажется, я к тебе за помощью не обращался.
– А зря. Возможно, я тот самый человек, который тебе сейчас реально может помочь. Подумай.
Теперь Иван внимательно посмотрел на соседа.
– Хочешь помочь? – спросил он. – Хорошо. Составь мне компанию. Я хочу напиться до потери памяти.
– Что, совсем хреново?
– Хуже некуда.
– Понимаю. Только я не сторонник подобных мер. Легче от спиртного не станет. А вот вред будет конкретный. Заливать проблемы алкоголем – удел слабаков.
– Ну, значит, я слабак, – со злостью сказал Иван. – И отвали от меня.
– Постой-постой! – примирительно заговорил мужчина. – Не спеши на себя самого ярлыки клеить. Думаешь, я тебя не понимаю? Ещё как понимаю! Сам только-только начинаю выходить из штопора. Жизнь такую трещину дала, что едва в петлю не полез. К счастью, нашлись добрые люди. Помогли выбраться из болота безысходности. Тут, приятель, главное – выдержать первое время. Как-то пережить этот чёрный период. А потом, когда в душе всё успокоится, сам будешь удивляться тому, какая муть лезла тебе в голову.
От слов собеседника в душе Ивана зародилась надежда.
– Как тебе помогли? – спросил он. – Не одними же добрыми словами, сочувствием и психологическими тренингами?
– Верно, приятель! Не только этим. Хотя всё то, что ты сейчас назвал, тоже имело место.
– Так что же ещё было?
– Об этом мы сейчас поговорим. Но сначала предлагаю познакомиться, – мужчина протянул Ивану ладонь. – Данила, – представился он.
– Иван, – сказал Кипреев, пожимая протянутую руку. – Так чем тебе, Данила, смогли помочь?
– Добрые люди, о которых я уже упомянул, раздобыли для меня хорошие антидепрессанты. Вот они вкупе со всем вышеперечисленным тобой дали поразительные результаты. Я их до сих пор принимаю чисто профилактически.
«Чёрт возьми, как всё просто!», – подумал Иван.
– Как они называются? – спросил он.
– Сейчас глянем, – Данила извлёк из кармана обрывок стандарта с двумя таблетками и сокрушённым голосом сказал: – Увы, от названия ничего не осталось. И вспомнить его вряд ли получится – уж больно оно мудрёное. Да и какая разница, в конце концов! В аптеке такое всё равно не купишь. А если купишь, то подделку, – он дружески хлопнул Ивана по колену. – Ладно, Ваня, не переживай. Оставь мне свой телефончик. Попробую раздобыть для тебя упаковку. А пока возьми то, что осталось. Дома примешь перед едой.
– Спасибо! – с чувством сказал Иван. – Сколько я тебе должен?
Данила небрежно махнул рукой.
– Забудь. Пока ты мне ничего не должен.
Кипреев положил таблетки в карман. Затем продиктовал Даниле номер своего телефона. На том и расстались. Данила ушёл. А Иван ещё четверть часа посидел у озера. Ему не терпелось поскорее принять препарат, облегчающий душевные муки. Но он, сам не понимая почему, продолжал тянуть время. Вероятно, подсознательно очень боялся разочарования.