Я остался подождать конца этого загадочного происшествия и тут…
Случилось нечто странное. Там, где слева от барной стойки висели какие-то рекламные плакаты в рамах, у противоположной от меня стены, я заметил человека. Готов поклясться чем угодно, что его только что там не было! В кафе было мало народу, да и стенка просматривалась с моего места отлично. И в тот момент, когда я его увидел, что-то случилось со всем окружающим. Не то, чтобы все поплыло, но воздух как-то дрогнул, и вдруг все в моих глазах сместилось. Было такое впечатление, что все вокруг подвинулось на какой-то миллиметр и даже непонятно куда, хотя все и осталось по-прежнему. Уши сразу как-то заложило, и я, все еще находясь в легком шоке, увидел, как человек этот медленно проходит через кафе, направляясь прямиком на меня. И по мере его приближения мое чувство тревоги перерастало в реальный страх. Я не мог себе этого объяснить. Мозг лихорадочно искал выход из этой ситуации, чтобы как-то логически объяснить происходящее, но причины не находилось. Ужасное чувство беспомощности и слабости овладело мной. Такое бывает, когда сильно чего-то испугаешься. Сразу слабеют ноги, и по спине ползет предательская испарина.
— Тише… тише… — человек небрежно подвинул стул и сел напротив меня за стол.
Он сложил два пальца правой руки, указательный и средний, дотронулся ими до губ, до лба и затем сделал неопределенный жест ими над головой. После этого он, сложив руки на столе и оперевшись на них, молча на меня уставился.
Теперь я мог его разглядеть. Не знаю, сознательно или нет, но этим молчаливым созерцанием он дал мне несколько секунд собраться с мыслями и стряхнуть оцепенение.
Человек был средних лет. Знаете, бывают такие люди неопределенного возраста. Можно и тридцать дать, а можно и все пятьдесят. Огрубевшая выдубленная кожа, то ли от солнца и ветра, то ли от тяжелой работы, с множеством шрамов. Волевой жесткий подбородок и тонко сжатый рот. И глаза серо-голубого цвета. Впрочем, мне показалось, что они отливают сиреневым или даже фиолетовым. В общем, ковбой из американского кино, если бы не высокий лоб, выдающий незаурядный интеллект, и голова, остриженная почти наголо, с парой миллиметров волос, в которых без труда проглядывала седина.
— Ну, здравствуй, Локи! — он неожиданно доброжелательно ухмыльнулся.
Локи!… Локи!!!… Моя память что-то вытворяла со мной. Неотчетливое узнавание этого человека все росло во мне. Нет, я не помнил его лица, но что-то очень далекое рвалось изнутри меня. Потом какая-то картинка заслонила мою память: большие высокие черные двери, и кто-то входит в них, неся в руках что-то длинное, прозрачное… голос… «ты прошел»… руке горячо…
— Тише, Локи, ты сейчас создашь нам большие проблемы, если будешь так трясти своей памятью! — голос человека был до жути знакомым.
— Ты кто? — решил я идти нагло в атаку, хотя страх все еще держал меня липкими пальцами.
— Это смотря откуда смотреть…С какой стороны прикажете? — осведомился он в ответ, явно забавляясь.
Я испуганно оглянулся, но никто даже и не подумал обратить внимание на внезапного гостя.
— Не морочь мне голову! — огрызнулся я, и уже спокойней «наехал», — что происходит?
— Ах, ты об этом! — незнакомец небрежно махнул рукой вокруг, — ну… считай, что мы немного отстали от них. Думаю, на секунду, не больше.
Вдруг я понял, что знаю это!
— Конечно, знаешь! — невозмутимо заметил гость. Затем он положил свою руку на мою, и пристально посмотрев на меня, уверенно и резко сказал:
— Сейчас будет легче.
Напряжение спало, и страх мой вдруг сразу съежился и стал совсем чем-то незначительным, хотя и не исчез.
— Вы кто? — повторил я уже более ровно.
— Клиент — просто ответил он, — старый друг, помощник… Выбирай.
— Клиент подразумевает заказ, — заметил я.
— Безусловно. Кстати, разрешите представиться, если опять позабыл, — он усмехнулся, — полномочный представитель Серебряных Ветвей Ее Величества Эххэнны, Лорд Правых Фиолетовых Пределов — Глиук. Для тебя здесь — Александр Александрович. Можно Сан Саныч.
Словосочетание «Серебряных Ветвей» вызвало у меня очередную болезненную вспышку в голове, а при имени его у меня вдруг возникло ощущение, что я сейчас упаду затылком об пол, потому как на мгновение я потерял чувство ориентации.