— Ты о чём? — мелкий пакостник решил начать косить под дурачка.
— Не придуривайся, Килу, — нахмурила брови. — Ты прекрасно понимаешь, о чём я.
Малыш вздохнул и закатил глаза, словно мысленно задавл небесам вопрос: «За что мне всё это?»
— Поль, ну давай будем честны. Мужик-то он нормальный.
Я изумлённо уставилась на фамильяра. Таким тоном он описывал мужчину лишь единожды, когда парень, который был мне симпатичен, оказался куском… нехорошим человеком. А Киллуар меня сразу предупреждал.
Ничего особенного, он оказался заносчивым засранцем. А я на мордашку повелась. Никаких последствий, слёз и рыданий не было, но осадочек остался. За глаза мы прозвали его Иваном-дураком.
— Может, и нормальный, — пробубнила я.
Не хотела признавать очевидного лишь по одной причине. Ну, не нужны мне сейчас все эти влюблённости и прочее, а сердечко уже начало бить тревогу. Бабочек в животе и прочей романтической лабуды не было, я уже не в том возрасте, но рядом с некромантом мне становилось как-то слишком спокойно. И я совершала поступки, которые не характерны для меня. Пустить чужака в свой дом и предложить ему переночевать — это просто нонсенс. Не знаю, какая пелена была у меня перед глазами, но я точно была не в своём уме.
— Не может, Поль. И нравишься ты ему, это очевидно, — припечатал он. — Не понимаю, чего шарахаешься. На гадости он не способен, это очевидно.
— Что вы обсуждали, Килу? — я слишком хорошо знала своего фамильяра, поэтому понимала, что этот разговор ведётся не просто так.
— Ничего…
— Не ври мне, паршивец! — я грозно посмотрела на мохнатого друга.
— То, что я тебе сейчас и сказал, — сознался он. — Спрашивал, как тебя к себе расположить.
Ну, замечательно! А хвостатый и рад ему помогать!
— Ты не будешь ему помогать.
— Но…
— Нет, я сказала!
— Я не договорил!
— И не нужно. Мне не до этого сейчас, и вообще…
В сумке завибрировал магфон, и я взглянула на экран, чтобы узнать, кому там на месте не сидится. С экрана на меня смотрела улыбающаяся папина фотография.
— У аппарата! — задорно крикнула я, напугав водителя.
— Доченька, куда пропала? Не звонишь, не пишешь, — ласковый голос родителя действовал, как бальзам на мою душу. — Между прочим, Алиска и мелкие тоже скучают! Совсем забыла старика.
— Ой, ты у меня ещё хоть куда! Прости, пожалуйста, совсем забегалась. Но в ближайшие дни я обязательно заеду!
Лёгкий укол вины заставил чувствовать себя неуютно. Я же, действительно, практически не давала о себе знать.
— Мне тут мать твоя звонила.
Эта мегера и до него добралась!
— И что хотела? — настороженно спросила я.
— Сказала, что я образумить тебя должен.
— А ты?
— Послал её на все четыре, разумеется, — в голосе отца послышалась усмешка.