– Ты просто не знаешь, какой он, – внезапно останавливается с пустой тарелкой в руках.
– А ты знаешь? – вскидываю бровь, вспоминая, что он даже не посмотрел на неё в клубе.
Рита в очередной раз поджимает губы и молча заканчивает пустую уборку. В общем-то, кажется, на этом мои полномочия заканчиваются, только вот есть одна вещь, которая мне сто процентов не даст покоя.
– Рит, ты бы перестала по нему слюни пускать, – роняю тихо, вставая с места. – Судя по его семейным связям, он плохой человек. Я бы даже сказала… опасный.
Подруга коротко улыбается, оставляя мою реплику без ответа, а я и не настаиваю. Только надеюсь, что у неё хватит ума последовать этому совету.
Конец того вечера прошёл довольно сносно, хотя и намного спокойнее, чем планировалось изначально. Как только я сбежала с танцпола, попросила ребят уехать, и мы свалили к нам в квартиру. Пили, разговаривали, смеялись.
Того парня я больше не вспоминала, если не считать попыток разговорить подругу, но в целом… плевать. Только периодически кажется, что он где-то из-за угла улыбается своей милейшей улыбкой, вынуждая вздрагивать.
Из кухни иду в комнату, чтобы собраться на собеседование. Ну, собеседованием это сложно назвать, ведь я хочу устроиться секретарём в какую-то контору по производству пластиковых статуэток. И кто их вообще покупает? В общем, неважно, мне просто нужна работа, а эта, вроде, одна из немногих попавших мне на глаза, где не нужно много ума и не требуется образование. По правде, я нашла две такие вакансии, в приоритет поставила эту.
– Ты на такси? – на пороге комнаты появляется Кукла, как раз когда я уже натягиваю белую рубашку.
– Марк отвезёт, – сама от своих слов растекаюсь лужицей.
– Вы снова вместе? – лукаво улыбается.
– Не знаю, – отвечаю чистейшую правду. – Но пока мне и так хорошо.
Рита кивает, не переставая лукаво улыбаться, а я продолжаю приводить себя в божеский вид.
Ещё через полчаса я уже сижу на переднем сидении тойоты Марка у парадного входа в офис и безумно волнуюсь. Не могу понять почему, ведь это не первая моя работа, но отчего-то весь организм содрогается, стоит только подумать, что мне снова придётся взять на себя ответственность.
– Всё будет нормально, – тёплая мужская ладонь укладывается на моё колено, а большой палец едва ощутимо поглаживает кожу. – Ты справишься,
– добавляет уверенно.
Поправляю манжеты на рубашке, чтобы скрыть небольшую часть татуировки, и слабо киваю. Задерживаю взгляд на его руке, стараясь сфокусироваться только на ней.
– Да, ты прав, – давлю лёгкую улыбку, отрываю глаза и перевожу их на него. – Всё будет хорошо.
Марк медленно моргает, а после тянется, оставляя на моей щеке мягкий, горячий поцелуй.
– Жадина, – тихо посмеиваюсь.
– Выйдешь не безработной – будет больше, – хрипит, утыкаясь носом в мой висок, продолжая гладить мою ногу.
Надо отдать должное, на какое-то время это помогает забыться, утонуть в ощущении поддержки, но хватает меня ненадолго.
Снова киваю и, хватаясь за дверную ручку, выхожу на улицу. Смотрю на высокое здание, задрав голову, протяжно выдыхаю. Продолжаю теребить рукава, а вместе с ними и лямку сумки. Волнение не сходит.
Признаться честно – я дико боюсь контакта с незнакомыми людьми. Видимо, во мне это заложила матушка, когда каждое моё знакомство сопровождалось ремнём и дикими криками, словно я обнесла магазин. Для профилактики, так сказать, чтобы не появилось мыслей делать глупости. Помню, как жутко мне было идти в универ в другом городе… каждый день – испытание для нервов.
Но сейчас, как и тогда, у меня нет выбора. А потому, надо идти. В конце концов, что может пойти не так, да?
В светлом фойе я сижу одна, если не считать базовую блондинку, что стучит ноготками по клавиатуре и делает серьёзный вид. Она же, между прочим, попросила меня подождать пять минут… ровно полчаса назад. И от этого ожидания я нервничаю ещё больше, уже прикидывая в голове, что пора уходить.
Но все мои великие планы рушит звон рабочего телефона.
– Да, Вадим Андреевич… – отвечает блондинка, имени которой я не запомнила. – Да, конечно, сейчас, – важно кивает, кладёт трубку и уже мне говорит: – Можете проходить, вас ожидают.