Кристина Зорина
Спор на сводную
Музыка грохочет так, что трясутся стены.
Лилька с распечатанной бутылкой в руках трясет жопой на маленькой тумбочке у кровати. Ромыч ждет, когда же она навернется. Вот было бы смешно.
Из нее стриптизерша совсем никакая – хоть фигурка и отпад, но телом своим она управлять не умеет совершенно. Наглядная иллюстрация мема про «взгляд кошки, грацию картошки». Но так как Лилька – один из двух имеющихся у него друзей, Рома простит ей этот колхозный недоприват. По крайней мере, с ней не так скучно, как с Вадиком.
Этот задрот сидит на полу в наушниках и что-то сосредоточенно печатает на айпаде. Он приходит сюда каждый день, так как дома у него нет ни айпада, ни вай-фая – классическая семья в стиле «Интернет нас погубит, давайте все дружно натянем фольгу на голову». Как Вадик с такими предками умудрился стать юным информационным гением – Рома понятия не имеет. Но это круто спасает жизнь, когда Ромке край как срочно нужно взломать чей-нибудь аккаунт в соцсетях.
– Эй ты, тоска зеленая, – Ромка перехватывает у Лили бутылку, делает глоток, потом легонько пинает Вадика ногой в коленку.
Черт, музыка. Ни хера через нее не слышно.
Вадик поднимает на него глаза. Вскидывает брови, оглядывает комнату с презрением, как будто они – охреневшие хамы, вломившиеся на его территорию и отвлекающие его от важных дел.
Потом медленно стягивает наушники… Но тут же морщится от громкой музыки.
– Что? – спрашивает он.
Лилька исполняет какой-то абсолютно экстремальный пируэт и падает на кровать ногами кверху, хохоча в полный голос.
– Давай уже потусуемся, ты достал!
Вадик поднимается на ноги и обламывает весь кайф:
– Алиса, сделай потише, – просит он громко.
Умная колонка тут же слушается, и Лилька разочарованно стонет, когда музыка стихает.
– Какой ты душный. Почему мы с ним дружим?
Ромыч оглядывает ее. Лилька и правда ниче такая. Иногда они трахаются, когда больше нечем заняться, Рома знает, что она в него влюблена еще с того дня, как он снял ее в клубе. Но Лилька с Вадиком знакомы с детства, и последний год она всюду за ним таскается, так что приходится терпеть. Ну и в целом – Лилька – острый перчик, разбавляющий серую тоску их с Вадиком дружбы.
Ромка подтаскивает Вадика к себе и делает эту свою любимую штуку, которую Вадик ненавидит всей душой – он начинает тереть его макушку костяшками сжатых пальцев, пока волосы не становятся дыбом, наэлектризовавшись.
– Отвали! – он отталкивает Рому от себя – выглядит очень мило, когда в бешенстве. Этакая моська, прыгающая на слона. – Да что с вами двумя? Вам не надоело бухать и ни хрена не делать?
Ромка с Лилей переглядываются и отвечают одновременно:
– Нет.
– Занялись бы чем-то полезным, – Вадик ставит айпад на зарядку. Поправляет волосы.
Рома снова делает глоток из бутылки, но, если честно, уже не особо лезет. Потому что Вадик обладает каким-то чудесным талантом давить на совесть.
– Чем, например? Лето ведь.
– Да, точно. Я и забыл, что никому из вас не нужно зарабатывать деньги.
Вадик начинает складывать свои вещи в рюкзак. Ромка не хочет, чтобы он уходил. Он даже готов перестать пить, ведь если они останутся с Лилькой наедине, то она точно полезет к нему в трусы. А у него нет для этого никакого настроения.
Если честно, ему хочется чего-то новенького. Свежей крови. Кого-то незнакомого, кого он прежде еще не брал.
Девчонку худенькую, но гибкую, как осиновый прутик.
От этих мыслей он даже слегка возбуждается. Вадик тем временем натягивает свою старую кепку и уже готов уйти, когда вдруг из приоткрытого окна раздается шорох шин подъезжающего автомобиля.