- Я уже говорил вашему величеству и готов повторить вновь - соглашение с ле Трайдом было ошибкой. Приняв требования наемников, мы продемонстрировали свою слабость. Отныне их запросы будут непрерывно возрастать, причем у нас по-прежнему нет никаких средств, чтобы заставить их выполнять ранее взятые на себя обязательства.
Император в ответ на это нравоучение только недовольно отмахнулся.
- Если бы у нас были средства, чтобы заставить плясать под свою дудку двадцатитысячную армию, то нам бы не понадобилось их нанимать! Я собрал вас не для того, чтобы обсуждать уже принятые решения. Мне нужно знать, как вы видите нашу дальнейшую политику с учетом последних событий. Барон Мельварт!
Довольно крупный, слегка погрузневший, но еще вполне крепкий мужчина неопределенного возраста с абсолютно незапоминающимся лицом неспешно повернулся к замершему посреди комнаты самодержцу, оторвавшись от изучения россыпи бумаг на столе.
- Я согласен с вашим величеством в том, что у империи нет шансов в прямом противостоянии и единственный выход из создавшегося кризиса - попытаться сыграть на внутренних противоречиях наших врагов, добившись их взаимного ослабления. Но я также не могу не отметить, что слова великого канцлера имеют под собой серьезные основания. В ближайшее время нам вряд ли удастся создать достаточно эффективную и надежную систему контроля Серой армии или хотя бы её высшего руководства, что в принципе одно и то же. А значит, любые наши планы, так или иначе связанные с наёмниками, ставятся в зависимость от удачи и... слепого случая.
Движения и мимика человека, поименованного бароном Мельвартом, были скупыми и выверенными, как и фразы, произносимые бесцветным голосом, лишенным какой бы то ни было интонации. Но, несмотря на полное отсутствие эмоций, весили его слова много. Весьма много. Ибо говоривший был не кем иным, как великим прокуратором - главой тайной службы империи. И потому Рейнар Пятый, скрывая раздражение, терпеливо дожидался окончания неспешной речи своего "серого канцлера". Обуревающие императора эмоции выдавало разве что нервное подергивание щеки. Зато когда монарх снизошел до ответа, его слова буквально сочились сарказмом.
- Барон, избавьте меня от этих банальностей! Я хочу, наконец, услышать что-то полезное, а не бесконечные рассуждения о том, что изменить уже невозможно! Вы упомянули о контроле над руководством наёмников? Прекрасно! Самое время сообщить нам, какие шаги предприняты в этом направлении. Итак?
Мельварт, не меняя выражения лица, спокойно переводит взгляд невыразительных глаз неопределенного грязно-бурого цвета с язвительного самодержца на аккуратно разложенные по столу бумаги.
- Ваше величество, подробное изучение всех доступных нам сведений не дало ничего принципиально нового, но ряд выявленных мной нюансов позволяет по-иному взглянуть на имевшиеся ранее факты.
Император недовольно фыркает:
- Бросьте свои намеки, барон. Говорите прямо, что вы имеете в виду.
- Нам следует уделить больше внимания графу Ирбренскому и его эльфийской супруге.
Брови Рейнара удивленно взмывают вверх в немом вопросе, и прокуратор, не дожидаясь, когда император соизволит его озвучить, поясняет свой тезис:
- Ранее, когда стало известно, что послом наемников будет не один из командиров отдельных отрядов, вошедших в состав Серой армии, а ордонанс-офицер главнокомандующего, мы приняли его за простого курьера. Ничего не решающая креатура старого интригана, которой надлежит четко и ясно, как и положено хорошему секретарю, передать нам условия наемной армии. Однако ход переговоров заставил меня усомниться в правильности такой позиции.
Губы императора кривит саркастическая усмешка.
- Ты тоже заметил, что он только пытается казаться тупым солдафоном, да и то не всегда, а лишь когда ему это выгодно?
- Дело не только в этом, ваше величество. Как вы, несомненно, помните, впервые Морольд ле Брен, тогда еще под именем Морд-северянин, попал в поле нашего зрения во время Ирбренской кампании Этельгейра. Тогда это, естественно, никого не заинтересовало. И Морд благополучно пропал на целый год, а затем объявился уже в составе отряда капитана ле Кройфа в качестве одного из младших офицеров. Буквально через несколько месяцев после его появления в отряде, "мертвецы" нанимаются на службу к герцогине ле Марр и в ходе блестящей осенней кампании обеспечивают ей захват власти в Танарисе. Причем посредником в переговорах о найме выступала будущая супруга графа ле Брена. Кстати, некоторые сведения позволяют предположить, что они были знакомы задолго до этого. По крайней мере, имеющиеся в нашем распоряжении свидетельства указывают на то, что их якобы первая встреча в Калгарде во время обсуждения условий найма была достаточно бурной. К тому же Морд, хотя и являлся на тот момент формально самым младшим из офицеров отряда, почему-то был непосредственно задействован в процессе переговоров и, по непроверенным данным, сыграл не последнюю роль в том, что "мертвецы" всё-таки ввязались в эту достаточно рискованную авантюру...