Самые старинные деревянные сооружения города датируются 2-й четвертью XIX века – более ранняя жилая застройка не сохранилась из-за одного печального происшествия. 30 апреля 1808 года мещанка Марья Воронова поставила перед образами зажженную свечу, а сама на некоторое время отлучилась. В отсутствие хозяйки от этой свечки начался жуткий пожар, в котором сгорел почти весь Солигалич. Огонь уничтожил свыше четырехсот домов, а также государственные учреждения, лавки и соляные варницы. Пострадали несколько каменных церквей. Судебное разбирательство длилось очень долго и в итоге завершилось резолюцией: «Дело прекратить, а мещанке Марье Вороновой внушить впредь городов не поджигать».
Солигалич возродился из пепла, как птица феникс, и, несмотря на пожароопасность, до сих пор застраивается преимущественно деревянными домами, которых здесь больше 90 %. В их декоре особенно обращают на себя внимание великолепные мезонины и ажурные наличники, от которых чтущие традиции солигаличане не собираются отказываться даже в наши дни.
В городе 77 объектов культурного наследия и 16 памятников федерального значения, однако квинтэссенцией здешних архитектурных пристрастий, безусловно, являются самобытные кружевные терема. Они появились в Солигаличе лишь в последней трети XIX столетия: когда до здешних мест дошли актуальные тенденции в архитектуре, здания обретают облик в стиле эклектика. Простые двухэтажные дома с лаконичным декором сменили здания, буквально «вышитые» деревянным кружевом. Они оживили строгий облик городских улиц. Поспособствовал смене архитектурной моды тот факт, что знаменитый русский предприниматель Василий Кокорев открыл в городе минеральную лечебницу, превратив Солигалич из обычного провинциального захолустья в модное курортное место.
Особую поддержку русский стиль находит в жилом строительстве солигаличских лесопромышленников: в их богато декорированных особняках формы и приемы народного зодчества причудливо сочетаются с отдельными элементами стиля модерн. Подобного рода дома щедро украшались пропильной резьбой, имели усложненную планировку и выразительные крыльца. О них и будет мой рассказ.
Два самых впечатляющих городских терема принадлежали богатейшему солигаличскому семейству Собенниковых, владевшему крупными земельными участками в Костромской губернии. Я потратила много месяцев, пытаясь найти хоть какую-то информацию об этих лесо-промышленниках, но не обнаружила ни одного посвященного им краеведческого исследования. Как-то раз я наткнулась на книгу «Костромские купцы: родословные, сборник», которая пролила свет на некоторые моменты. В частности, оказалось, что интересующие нас терема на улице Вылузгина находились в собственности Николая Михайловича Собенникова – хозяина кожевенного завода в селе Песочном Солигаличского уезда и купца II гильдии. По данным за 1914 год на этом предприятии числилось 18 рабочих, а его годовой оборот составлял 15 тысяч рублей. Николай Михайлович дважды был женат и, разумеется, имел много детей.
Сохранились весьма пикантные воспоминания о сыне купца, Николае Николаевиче, унаследовавшем отцовский завод и являвшемся церковным старостой. Жарким июньским днем он приехал в Кострому и обедал в купеческой компании на террасе гостиницы. «Обедавшие усмотрели идущую по тротуару незнакомую даму и заспорили на десять рублей, естественный или искусственный у нее бюст. Решили доверить исследование Собенникову, который бросился за ней и… обратился с просьбой разрешить спор. Она сказала, что, безусловно, все в натуре, но Собенников попросил: нельзя ли удостовериться? После чего она вынула одну грудь, и он, дотронувшись для большей верности двумя пальцами, вручил ей с благодарностью десятку и помчался обратно на террасу получать выигрыш. В результате в выигрыше оказался ресторатор, так как компания гуляла до самой ночи. В те годы простота нравов была большая, да и скука тоже, так что такое происшествие никого не удивило»[3].
В мемуарах известного ученого-химика Николая Фигуровского, чье детство прошло в Солигаличе, упоминается уже другой представитель купеческого семейства – «толстый, упитанный мужчина» А. В. Собенников. Якобы это он построил желтый терем и в 1908 году решил осветить его электричеством, для чего использовали небольшую динамомашину, приводившуюся в действие керосиновым движком: