— Насрать! — не выдержал Корсаков, но тут же поправился. — Им, не мне. Хотите выйти, и рассказать про своего отца?
Неподалеку взорвалась еще одна граната, и щит опять принял на себя осколки. Елена Михайловна отрицательно покачала головой.
— Что будем делать? — наконец спросила она.
Корсаков осмотрелся. Зажали их в огромном цеху, и не подозревай он подвоха, все могло и получиться. Но его интуиция с самого начала его предупреждала, и он был начеку. С другой стороны была молодая Елена Михайловна. Когда ему пришло сообщение от информатора, она заглянула ему через плечо в телефон, и одновременно с ним узнала про возможный склад неучтенных боеприпасов, среди которых, по слухам, и специальные патроны встречаются. Информатор был проверенный, и Корсаков собирался все сделать по правилам, но дворянка лишила его телефона и поставила перед выбором: или они идут вдвоем и сейчас, или он делает, что хочет, а она идет в одиночку. Уверенность в своих силах ее подвела, а вместе с ней в этой жопе оказался и сам Корсаков.
Бочки с неизвестным содержимым не слишком надежно их прикрывали от выстрелов противников, коих оказалось слишком много. Позади была глухая бетонная стена, а выпрыгивать из окна четвертого этажа, до которого еще добежать надо… Четвертый этаж на заводе это не десять метров в жилых домах, только в этом цеху до потолка метров семь, если не больше. Впрочем, с магией и под щитом…
— Сможешь через окно уйти? — уточнил он у девушки, чьи возможности не знал. — Я прикрою.
— А ты? — тут же уточнила она, и дополнила. — Не смогу.
Корсаков не стал отвечать на ее вопрос. Раз она не сможет, то чего толку зря распинаться про свою судьбу.
— Что еще можешь кроме щита и молний? — уточнил он у девушки. Вариант отхода через окно отпадает, стены и пол… Он задумчиво посмотрел на бетон под ногами.
— Столько времени нам никто не даст, — правильно поняла Елена Михайловна его мысль.
«А вызови мы подкрепление…», — в очередной раз с горечью подумал следователь. Связь пропала за минуту до нападения на них. Он время от времени проверял свой телефон, но это скорее от безысходности. Щит держала девушка и молнии бросала она же, не высовываясь из-под защиты. Он, конечно, мог попробовать выстрелить из своего пистолета, но запасных магазинов было всего два, а желания поднять голову над щитом было вообще ноль.
— У них слишком хорошие щиты, — сделала вывод девушка после очередной запущенной молнии. — Или несколько людей в прикрытии.
Корсаков посмотрел в сторону ближайшей двери. Она была в два раза дальше окна. И это сейчас по ним вяло постреливают, в ожидании подкрепления, как только они выйдут по ним ударят изо всех сил. Но и ждать вражеского подкрепления, после которого их медленно и методично задавят, ему не хотелось.
— Телекинез есть?
Девушка кивнула.
— Сколько выдержит щит под максимальной нагрузкой? — и, не дожидаясь ответа, начал объяснять план их действий.
— У них неправильные маги, — наконец сказала Елена Михайловна. — Они отлично держат защиту, но не атакуют в ответ.
Корсаков на долю секунды выглянул из-за бочки. Его терзали определенного рода сомнения, но высказывать свои предположения он не стал.
— Так сколько?
На его опытный взгляд, а дворян в бою, и особенно последствия он видел часто, девушка была или слишком слабой, или практически не тренировалась использовать свою силу. В любых других обстоятельствах это не имело бы значения, но сейчас…
— На счет три бежим к той двери, прикрывай нас!
И они побежали.
Для нападавших это стало неожиданностью, и Корсаков с девушкой целых полторы секунды бежали в полной тишине. Это очень долго, и именно короткая растерянность стрелков и оказалась решающей. Последние метры щит девушки держался исключительно за счет ее жизненных сил, и Корсаков в дверь ввалился с ней на плечах. Щит прикрывал их только спереди, и первым делом следователь сделал несколько шагов в сторону. В двери появилось несколько новых отверстий.
— Так… — он посмотрел на девушку, и замолк. Сам с собой он мог и мысленно поговорить.
Девушка была без сознания, позади в помещении слышался постепенно приближающийся шум, а идей не было. Возвращаться назад нельзя, еще по пути к «директору предприятия», куда их вели, Корсаков видел множество рабочих. Именно они и встретят его на пути обратно. Впереди же была неизвестность с дверями по обе стороны коридора. Оставаться на месте в такой ситуации точно нельзя, и выбор нужно было делать быстро. Он поудобнее перехватил тело Елены Михайловны, посетовал на ее слабую подготовку, из-за чего она и стала его ношей, но даже на долю секунды у него не появилось мысли ее бросить.