Борджиа

Майским утром 1501 года, по дороге ведущей в Город Городов, двигался всадник. Возьмите воображение и представьте себе молодого Дон Кихота, лишенного доспехов, лат и набедренников. Его камзол был заплатан, а на замшевых сапогах виднелись следы исправлений. Но несмотря на это, всадник выглядел гордо: у него были тонкие усики, закрученные вверх, оживленные глаза и выражение простодушной радости, которая являлась неотъемлемым признаком гасконца или парижанина с родителями из Гаскони. Он был достойным земляком героев Дюма, бесстрашным шевалье де Рагастеном, и сейчас он прибывает в Рим - солнечный город, скованный холодным и почти мистическим ужасом. Здесь правят три идола, три кита власти - деспотизм, жестокость и хитрость. Родриго отвечает за первое, Чезаре славится вторым, а Лукреция - третьим. Все они принадлежат к роду Борджиа. Их эпоха стала одной из самых страшных и ярких страниц итальянской истории. Это была эпоха огня и меча, во имя строительства будущего государства, эпоха гениальных ученых, художников и философов, эпоха Возрождения. Роман Мишеля Зевако "Борджиа" впервые публикуется на русском языке.