Почтительно поклонившись, Серафим ждёт, когда министр выйдет из зала. Тот немного помешкав, задержал раздражённый взгляд на мне и вышел. Я мысленно аплодирую. Так его.
Следующие несколько недель мы занимаемся на парах, под неожиданно появляющихся, именно на наших парах, министров неба. Они ужасно раздражают не только студентов, но и преподавателей, влезая со своими расспросами во время лекций. Особенно один из них вызывал чрезмерное раздражение, его взгляд выжигал в моём затылке дыру.
– Была бы моя воля, – прошипела я сквозь зубы. – Послала их на три весёленьких таких буквы, ещё бы шарахнула своей обретённой силой.
Ваня успокаивающе погладил мою щеку и я на миг прикрыла глаза.
– Хочешь, я их всех придушу? – Я улыбнулась от этой мысли, но покачала головой.
Некоторые успели выделить для себя студентов с выдающимися талантами. Так, например, они обратили внимание на Эрика, который мог видеть будущее и прошлое, и Никиту, что уже владеет этим даром.
Его дар открылся совсем недавно, но парень был подготовлен, ведь первооткрыватель уже был, и Эрик стойко перенёс первые видения. Помню, как сидим на паре, и по аудитории пробежался громкий шёпот. Студенты смотрели дружно в одну сторону, кто-то приподнялся, загораживая вид другим. Поискав от куда идёт волнение, увидела, что Эрик сидит с отстраненным видом и смотрит в одну точку. Глаза были какие-то неестественно стеклянные, и, кажется, он не дышал. Настя махала руками перед его лицом и щёлкала пальцами. Сэм вёл себя очень по-взрослому, и корчил перед лицом Эрика рожицы, высунув язык. Мы с Ваней встали со своих мест и поторопились к ребятам, но тут нас всех остановил громкий голос преподавателя, который приказал оставаться всем на своих местах и не мешать Эрику осваивать свой дар.
Я раздосадовано села на своё место и встретилась с Ваней понимающим взглядом. Найдя взглядом министров, я поморщилась, как будто мне больно, они с жадным интересом, вытягивая шеи, или наклонив голову набок, не отрываясь смотрят на Эрика. Тот сидел всё так же не двигаясь и в трансе. Только лицо слегка побледнело и губы шевелятся.
– Как же они меня раздражают. – Шепчет мне на ухо Лена. Она так же, как и мы обеспокоенно всматривается то в лицо Эрика и ищет хоть какие-то изменения, то её лицо резко меняется, когда она смотрит на министров – агрессивно и с ненавистью. Её кошачьи глаза словно заволокло чёрным, и по моей коже бежит холодок. Я трогаю её за руку, и она моргнув поворачивается ко мне. – Что?
– С ним всё будет в порядке. – Успокаиваю я, и вижу, что её глаза, как и прежде жёлто-зелёные. Сжав её руку, мы снова смотри на Эрика.
Тот наконец-то выходит из транса, и начинает слабо стекать со стула. Его тут же подхватывает Сэм и Коля, новоприбывший парень с бронзовой кожей и светлыми волосами.
Сергей дал воды Эрику и тот сделав несколько глотков, начал принимать обычный цвет лица.
– Что ты увидел? – нетерпеливо спросила Настя, и зелёные глаза впились в карие.
Видения были размыты, и он точно не смог сформировать, что видел.
– Ангел Сергей, – обращается к преподавателю серафим с белыми крыльями, на нём такой же хитон и гиматия, как и у Георгия. Только выглядит он молодо. Волосы бронзовые, глаза голубые, и едва уловимые мимические морщинки вокруг глаз.
– Серафим Анатолий, – кивает ему Сергей и выглядит настороженным.
– Позвольте мне поговорить с вашим студентом, – он бросает взгляд на Эрика, а потом на Никиту. Голос серафима мелодичный и приятный, хотя всё равно звучит жутковато. – Точнее с двумя.
– Вам лучше обратиться к Антону Павловичу, – подчёркнуто вежливо отвечает Сергей. – Это его академия и студенты. Если вам хочется о чём-то поговорить со студентами, то лучше обращаться к нему. Я только веду лекции. – Он скрещивает руки на груди, что говорит о закрытой позе. Значит не показалось, что ему неприятно разговаривать с министром. – Нам было дано распоряжение, что вы можете спокойно посещать любые пары, и не более.
– Вы совершенно правы, Сергей, – Серафим Анатолий поворачивается к Сергею. В его глазах читается не то удивление, не то лёгкое раздражение. – Надеюсь, я не помешал учебному процессу?