– Ты считаешь, что дома нам понадобятся вторые документы? – с тревогой спросила я. – Там так всё плохо?
– И третьи, и четвертые. Увидим, что пригодится. Но там всё непросто, – ответил Саша. – Ты должна понять, что мы уехали из Союза, а возвращаемся в Россию. Вас не было ни каких-то три года. Вас не было дома уже три года. Основных, чтобы страна стала другой. Это я два раза в год бывал у своих, потому что мне рядом. Наведывался к жене и родителям. Видел, как быстро менялась страна и люди. А вас с Димкой в стране не было целых три года! Дома то у себя сколько ты не была?
– Считай, три в Штатах и три с плюсом пока училась, – с грустью вспомнив маму, ответила ему.
– Вот и я об этом! Ты не была в своем родном городе почти семь лет. По нынешним временам это много, – задумчиво произнес Саша.
Что такого могло произойти с людьми всего за три года? Я почувствовала всепоглощающую тревогу, смотря на друга, задумчивость которого мне не нравилась. Насколько мог измениться небольшой городок в Подмосковье, где я когда-то жила и закончила школу с золотой медалью? После чего с большим трудом поступила на факультет международных экономических отношений в МГИМО. Экзамены были не сложные, а вот подать документы было совсем не просто. Сначала требовалось получить рекомендацию комсомольской организации школы, потом районного комитета комсомола и, наконец, районного комитета КПСС. На каждом этапе собирались важные комиссии, где задавали вопросы на знание внутренней и внешней политики страны и международной обстановки.
Именно оттуда, с пятого курса, я была приглашена на беседу и тестирование, а в последующем направлена в «лесную школу» внешней разведки, где встретила своих друзей Сашу и Диму, с которыми дальше мы вместе прошли три года обучения. Что нас сдружило? Многое! Разные были ситуации, в которых ковалась наша дружба, проходя проверку. Но основное – мы полностью дополняли друг друга. Казалось, что мы сделаны из одного теста. Расстались только после распределения, но всегда тайно поддерживали отношения.
За этими мыслями мы медленно подошли к дому, прислушиваясь. Все было спокойно, ни лишних звуков, ни запахов. Только обычный морской бриз и аромат местных растений. Запоминать и проверять всё стало уже неотъемлемой частью нашей жизни и происходило автоматически на подсознании.
Войдя, мы разошлись по своим комнатам и легли спать. Но что-то внутри меня поворачивалось и тревожило уже не на шутку, не давая спокойно уснуть. То ли меня смущала задумчивость Саши, то ли мамин голос, когда она, директор школы, говорила о том, что времена настали тяжелые и дети совершенно изменились. Волевым решением отодвинув все мешающие мне мысли, я приказала себе спать, закрыла глаза и отключилась.
В осознанной решимости мы покинули Мексику. На сердце была радость от пришедшего понимания, что мы все же летим домой. Кипр встретил нас солнцем и морем, которые обняли теплом и светом. Вдохнув аромат соли и свежести, мы ощутили, как все тревоги и заботы остались позади, потому что самое непростое решение в своей жизни нами было принято окончательно – мы все покидали родную разведку.
Поселились в доме Саши, где с балкона открывался великолепный вид на уютный, почти домашний поселок Ороклини с выходом на Ларнакский залив Средиземного моря. Время здесь словно замедлилось, и каждый момент хотелось запечатлеть в памяти.
Мы решили отправиться на прогулку по набережной, наслаждаясь звуками прибоя и легким ветерком, который приносил с собой запахи кипрской кухни. Солнце постепенно клонилось к закату, окрашивая небо в розовые и золотые оттенки.
Сели в одном из множества местных ресторанчиков, где нам подали свежие морепродукты и традиционную для этой страны мусаку. Вкус еды напомнил о теплоте и радушии этого места. Коренные киприоты – славные и добродушные люди! Я любила бывать в этой замечательной теплой стране и всегда уезжала глубоко и высоко в горы Троодоса, в древний монастырь Киккос.
– Будем ждать два дня, – сказал Саша. – Он привезет остальную часть документов.
– Я предлагаю провести время с пользой и посетить Церковь Лазаря, а затем отправиться в Киккос. Останемся там в каменных кельях на ночь. Я договорюсь, – предложила парням, видя, как с каждым моим словом они согласно кивают.