В этот момент, когда страсти на дороге достигли своего пика, из-за поворота неожиданно появился мужчина в тёмно-синей, почти черной форме. В правой руке он держал полосатый жезл, а на шее у него висел свисток. Его шаги были уверенными, а лицо выражало строгость и решительность. Подойдя ближе, он резко свистнул, привлекая внимание всех присутствующих, а затем левой рукой вытащил свисток изо рта, оставив его повиснуть на шнурке.
– Что происходит, граждане, товарищи? Что вы здесь устроили на проезжей части? Здесь главная магистраль, – указывал он на четырёхполосную дорогу, по которой без конца на скорости мчались машины и автобусы, создавая непрерывный поток движения. – А вы на выезде из переулка такой бардак устроили. Кто должен отвечать за аварийную ситуацию, которую вы создаёте, мешая движению?
Мужчина в тёмно-синей форме ещё раз свистнул, сделав указание полосатой палкой то вверх, то вниз, развернувшись к дороге-магистрали, он дал знак остальным участникам движения, регулируя поток, а затем вновь повернулся к нарушителям спокойствия. Его взгляд был суровым, но справедливым, а голос не терпел возражений.
– Сейчас вы пройдёте в отделение, и там всё расскажете, что произошло на дороге. Мы обязательно разберёмся с вашей ситуацией, – твёрдо заявил он, указывая направление правой рукой возмутителям спокойствия куда идти.
Высокий мужчина-шофёр и дама, сгорбившись и обнимающая свою собачку, почти одновременно кивнули. Они переглянулись, словно соглашаясь с неизбежностью, и медленно пошли вдоль тротуара направо, в сторону, указанную постовым. Их фигуры, удаляющиеся по серому асфальту тротуара, выглядели слегка подавленными, но молчаливыми. Женщина продолжала крепко прижимать к себе белого пёсика, который уже перестал скулить, но всё ещё выглядел встревоженным, а водитель, шагающий чуть впереди, время от времени бросал на неё хмурые взгляды, но не произносил ни слова.
Служащий, убедившись, что нарушители направились в нужную сторону, вновь встал лицом к магистрали. Он держал свою полосатую палку наготове, иногда свистя в свисток и указывая машинам направление движения. Его фигура, чётко выделяющаяся на фоне оживлённой дороги, казалась символом порядка в этом хаотичном эпизоде. Поток автомобилей и автобусов продолжал мчаться по магистрали, а звук моторов и гудков смешивался с редкими свистками постового, создавая ритм городской жизни.
Водитель в коричневой одежде шагал по оживлённому тротуару, внимательно вглядываясь в вывески, украшавшие фасады городских домов. Солнце, пробиваясь сквозь редкие облака, отражалось в витринах магазинов и окнах жилых зданий, создавая яркие блики на сером асфальте. Улица была полна жизни: машины с шумом проносились мимо, оставляя за собой лёгкий запах бензина, а прохожие торопились по своим делам, изредка бросая взгляды на странную пару. За мужчиной, чуть сгорбившись и крепко обнимая маленькую собачку, семенила женщина на высоких каблуках. Её шаги были неровными, словно она пыталась удержать равновесие на тротуаре, а лёгкий ветерок играл с краями её берета, то и дело норовя смахнуть его с головы.
– Ну что, долго ещё? Нашли вывеску? – поинтересовалась женщина, стараясь перекричать гул проезжающих автомобилей. Её голос звучал с ноткой нетерпения, а брови слегка нахмурились, пока она пыталась разглядеть что-то впереди.
Мужчина, не оборачиваясь, снял кепку с головы, словно этот жест помогал ему лучше сосредоточиться. Он размахивал ею в воздухе, будто указывая на невидимую цель, и продолжал изучать фасады домов. Высокие здания с аккуратными балконами и цветочными горшками на подоконниках, тянулись вдоль улицы, но нужной таблички всё не было видно. Лёгкий утренний бриз приносил с собой аромат свежей выпечки из ближайшей пекарни, смешиваясь с запахом городской пыли.
Женщина, не дождавшись ответа, вздохнула с досадой и ускорила шаг, насколько позволяли каблуки.
– Ну что вы за мужчина, даже нужную дверь найти не сумели. Вот как на такого полагаться, когда он не справляется с самой простой задачей, – проворчала она, поправляя собачку на руках. Её пёсик, маленький и пушистый, с любопытством смотрел по сторонам, высунув язычок.