Она сидела рядом, тихая и напряжённая, пальцы теребили край плаща.
– Ты всё ещё дрожишь, – сказал он вдруг.
Маргарита резко повернулась к нему:
– Конечно, я дрожу! Ты чуть не погиб… и всё это из-за меня.
Михаил чуть усмехнулся, хотя глаза оставались холодными.
– Если бы не я, ты бы сейчас лежала в реанимации. Или хуже.
Она опустила глаза.
– Но всё это неправильно. У тебя проблемы, у меня своя жизнь… и всё это…
– Всё это теперь связано, – перебил он спокойно. – И ты это прекрасно понимаешь.
Она резко вцепилась в ремень безопасности.
– Я не хочу так жить. В страхе. В долгах.
Михаил чуть наклонился ближе.
– Ты не будешь жить в страхе. Я сделаю так, что никто больше к тебе не подойдёт.
– Ценой чего? – тихо бросила она. – Ещё крови? Ещё ожогов?
Он помолчал, глядя вперёд.
– Ценой всего, что потребуется.
Машина свернула во двор её дома.
Михаил не спешил выйти.
– Я не стану лезть в твою жизнь, если ты сама этого не захочешь. Но одно запомни. – Он повернулся к ней, его голос сделался ниже. – Я всегда рядом. И если тебя кто-то тронет – этот человек исчезнет.
Она прижала ладони к лицу.
– Ты… страшный.
Он чуть наклонился к ней, его здоровая рука скользнула к её щеке.
– А ты – слишком дорогая, чтобы я мог отпустить.
Несколько секунд они просто смотрели друг другу в глаза.
Потом он медленно открыл дверь:
– Иди. Отдохни. Завтра тебе нужно на сцену.
Она вышла, но обернулась на пороге.
– Спасибо… за всё.
Михаил едва заметно кивнул и захлопнул за ней дверцу.
Когда машина тронулась с места, он долго смотрел в зеркало заднего вида, пока её силуэт не исчез за подъездом.