"Была одна девушка, – говорит он, – с которой я был вместе больше двух лет. Я говорил ей, что люблю ее, но не думаю, что любил". Его рука висела прямо над моей щелью, и тепло проникало в тело, где были бы волосы, если бы их не удалили воском.
"С чего вы это взяли?"
"Когда я застал ее трахающейся с другим парнем, мне было все равно. Я имею в виду, я был вне себя от злости, но мне не было… больно. Мне не было так грустно".
Его глаза притягивали. Непреодолимая сила заставляла меня смотреть на него.
"Я не могу объяснить, почему я ее не любил. Она была милой, и забавной, и умной… хотя оставлять на телефоне фотографии его члена у нее во рту было не самой лучшей идеей". Его рука скользнула вниз, чтобы большой палец провел по моему клитору. "Всякий раз, когда я говорил ей, что люблю ее, это ощущалось…" "Как ложь", – сказала я. Мое сердце гулко стучало в груди.
"Да". Его огромные изумленные глаза впились в мои и завораживали. Связь.
Я была там же, где и он. Я провела год с Джоэлом, притворяясь. Хотела полюбить его, но у меня ничего не вышло. Я усвоила тяжелый урок: нельзя выбирать, кого любить.
"Вы когда-нибудь влюблялись?" спросил Дом. Большой палец провел ровные круги по моей чувствительной коже. От этого у меня слабели колени. Я не смогу долго терпеть, если он продолжит. Или попытаться сделать что-то лучше.
Разговоры о любви, пока он дразнил меня; может ли эта ночь быть более безумной?
"Нет", – солгала я. "Я не занимаюсь любовью".
"Почему?"
Черт бы его побрал. Он сменил большой палец на рот. Я оперлась рукой о его плечо и тихо застонала. Мой стон прозвучал так же, как и его, – удовлетворение и мука.
"Мне не стыдно за то, что я делаю, – его рот с трудом набирал воздух, – но другим это дается с трудом".
Язык перестал ласкать меня. "Ты продолжаешь работать, когда у тебя есть отношения?"
"Нет, но я тоже не поддерживаю отношения. Мне скучно, помнишь?" Влажный мягкий язык прошелся по моему входу. Я снова запустила руку в его светло-каштановые волосы с мягкими завитками на концах. Какая бы женщина его ни выдрессировала, я была ей обязана. Я могла позволить ему трахать меня своим ртом всю ночь. Подождите. . .
"Я не хочу так кончать", – сказала я. "Следующий будет на твоем члене".
Рука на моей заднице стала тверже. "Мне понадобится еще минута или пять, а ты становишься ужасно властной". Его глаза были теплыми и игривыми. "Может, мне стоит пристегнуть тебя обратно к столу?"
Я оттолкнула его голову. Мое колено переместилось с подлокотника на подушку рядом с его бедром. За ним последовало второе колено, и я устроилась у него на коленях. Черт, я приказывала ему. Где-то по пути я пренебрегла всеми правилами, включая свои собственные. Эта ночь вышла из-под контроля, но я бы ни за что ее не изменила. Я откинулась назад, чтобы его член оказался передо мной, и сжала его в руке.
"Ты уже на полпути", – прошептала я. Он был полутвердым, когда я гладила его.
"Прошел целый год. Ты даже не представляешь, как сильно я этого хочу".
Не так много, как я, – почти сказала я. А это? Это было самым шокирующим. Я, конечно, любила секс, но так сильно хотеть его с клиентом? Я бы и за миллион лет в это не поверила.
"Я хочу этого, Дом. Очень, блядь, реально".
Мой мозг отсоединился и отключился. Я протянула руку, чтобы взять его за подбородок и притянуть к себе, чтобы прильнуть к его губам, осыпая их легкими поцелуями. Недостаточно. Второй поцелуй был лучше. Между нами сверкнула молния.
Я целовала его. Я целовала его, и это действие не осталось незамеченным Домом. Прикосновения ко мне заводили его, но мой рот на нем и мой язык, ласкающий его, были тем самым выключателем, который приводил его в движение. Он дернулся в моей руке, затвердев от одного движения.
Мы оба одновременно разорвали поцелуй и посмотрели вниз, ошеломленные такой реакцией. Я не стал терять ни минуты. Я вытащила из кармана презерватив и разорвала упаковку, раскатав его по всей длине, когда он застонал.
Он напрягся, когда я расположилась над ним. Черт, неужели я опять двигаюсь слишком быстро? Может, он хочет меня как-то по-другому?