– Эй, ты чего? – воскликнул он, мгновенно проснувшись.
– Голоса… они говорят со мной, – прошептала девушка, раскачиваясь на краю. – Я должна присоединиться к ним.
– Ты ебнулась? Какие, к черту, голоса? – Артём медленно приближался к окну. – Съёбывай оттуда!
– Он зовет меня, – продолжала Галина, глядя в ночное небо. – Игнатос. Он говорит, что я теперь одна из них.
Когда она наклонилась вперед, Артём рванулся к окну, схватил девушку за талию и втащил обратно в комнату. Они рухнули на пол, разбив стоявшую рядом лампу. Осколок стекла распорол Артёму руку.
Галина замерла, глядя на кровь, выступившую из раны. Ее глаза внезапно изменились – зрачки расширились, заполняя почти всю радужку.
– Пахнет… вкусно, – прошептала она и, прежде чем Артём успел среагировать, прильнула к его руке и укусила.
– Ты чего, блядь, творишь?! – завопил Артём, отшвыривая девушку. Она отлетела к стене и осталась сидеть там, с кровью на губах и диким взглядом.
– Прости, – пробормотала Галина, внезапно приходя в себя. – Я не хотела… оно само…
Артём, ругаясь, достал зажигалку и прижег рану, морщась от боли.
– Сука, блядь, сука, сука, сука, я стану вампиром? – спросил он у потолка.
– Не знаю, – всхлипнула Галина. – Я не понимаю, что со мной происходит. Мне кажется, я схожу с ума. Я вижу странные вещи, слышу голоса… и у меня ужасно чешутся зубы.
В этот момент дверь номера слетела с петель, и в комнату ворвался Алексей с арбалетом наперевес.
– Все живы? – крикнул он, оглядывая разгромленную комнату.
– Определение “живы” сейчас немного хуёвое, – хмуро отозвался Артём, показывая прижженную рану. – Эта пизда меня укусила.
Алексей медленно перевел арбалет на Галину.
– Да, стой блять! – воскликнул Артём. – Она не контролирует себя. Это все Игнатос.
– Игнатос, – повторила Галина, и ее взгляд снова стал отсутствующим. – Он… я вижу его. Он в церкви. Старой церкви. Он убивает священника и… ищет что-то. Крест. Черный крест.
Алексей опустил арбалет и подошел к девушке.
– Что ты видишь? Расскажи подробнее.
– Указатель, – прошептала Галина. – На нем написано “Ширяево”. И церковь. Он убил священника и забрал ключ… от тайника под алтарем.
– Крест Святого Николая, – выдохнул Алексей. – Он ищет Крест Святого Николая!
– Что за хуйня этот Крест Святого Николая? – спросил Артём, бинтуя руку.
– Да одна ебанина, созданная для экзорцизма в Средние века, – объяснил Алексей. – Легенда гласит, что этот мудозвон, Игнатос был священником, которого обвинили в одержимости. Для его “лечения” использовали Крест Святого Николая, но обряд был прерван, и вместо очищения Игнатос превратился в первого вампира.
– И что он хочет сделать с крестом, в задницу себе засунуть?
– Завершить обряд, – сказал Алексей. – Если он это сделает, то сможет ходить под солнцем, как обычный человек, но сохранит все ебучие вампирские приколы. И это будет полный пиздец.
Галина вдруг закричала и схватилась за голову:
– Он знает! Он знает, что я вижу его! Он идет за мной!
Старая заброшенная деревня, которой не было уже на картах, Ширяево находилась в трех часах езды от их мотеля. По дороге Алексей объяснил, что узнал от европейских охотников – вампиры существовали всегда, но Игнатос был первым, кто создал “семью” – иерархию вампиров с хозяином во главе.
– Это как сраный сетевой маркетинг, только вместо витаминов продают вечную жизнь и жажду крови, – пояснил он.