Согласно законодательству ОАЭ, работодатель предоставлял жильё своим сотрудникам, и Тата поселилась в апартаментах Sheraton Khalidiya в Абу-Даби. Эти апартаменты стали для неё настоящим домом. Белоснежные простыни были такими мягкими, что напоминали сахарную вату, а добродушный персонал создавал ощущение, что все они – одна большая семья. Каждый день начинался с дружеских улыбок и тёплых приветствий.
– Доброе утро, мисс Тата! – весело говорил Ахмед, сотрудник ресепшн, каждый раз, когда она проходила мимо.
– Доброе утро, Ахмед! Как твои дела? – с улыбкой отвечала Тата.
– Всё отлично, пока у нас такие замечательные гости! – подмигивал он.
В перерывах между работой Тата любила окунуться в тёплые воды Персидского залива. Она погружалась в солёные волны и забывала обо всём, наслаждаясь моментом. В эти мгновения она чувствовала, что живёт здесь и сейчас, в полной гармонии с собой и окружающим миром.
На работе её встретили тепло. Коллектив был интернациональным, и Тата сразу почувствовала себя частью команды. Именно там она встретила Юсуфа. Он был её коллегой, уроженцем ОАЭ, который, как и она, увлечённо занимался международными проектами. Юсуф был спокойным, уверенным в себе человеком с мягким чувством юмора.
Их первая встреча произошла в офисе, когда Тата, немного растерянная, искала нужный кабинет.
– Вы, наверное, новенькая? – с улыбкой спросил Юсуф, подходя к ней.
– Да, я Тата. Только что из Берлина, – ответила она.
– Юсуф. Рад познакомиться. Пойдём, я покажу тебе, где наш отдел.
Так началась их дружба. Сначала это были разговоры о работе, потом – о жизни, мечтах и планах. Юсуф рассказывал Тате о своей культуре, о важности семьи и традиций, но при этом подчёркивал, как ему нравится открытость и многообразие мира. Тата делилась с ним историями о Берлине, о своей семье и мечтах объединить людей из разных уголков планеты.
Постепенно их дружба стала приобретать новый оттенок. Всё началось с маленьких жестов, которые сначала казались случайными. Однажды Тата обнаружила на своём столе маленькую шоколадку. Никакой записки, никакого намёка на то, кто оставил этот сладкий сюрприз. На следующий день – ещё одна.
Сначала Тата думала, что это случайность, но когда на третью шоколадку появилась маленькая записка всего с одним словом «Счастье», она поняла, что это не случайно.
Со временем шоколадки стали сопровождаться всё новыми и новыми записками с тем же простым, но глубоким словом. В ответ Тата начала оставлять Юсуфу небольшие четверостишия собственного сочинения, пряча их в его рабочие бумаги или оставляя на его столе. Её увлечённость литературой и начитанность позволяли ей легко собирать слова в красивые строки, полные тепла и скрытых смыслов. «В одном слове – свет, В одном взгляде – мир.
Ты оставил след,
Что согреет эфир.»
Юсуф с радостью находил её послания и начинал оставлять ответные записки. Слова стали мостиком между ними, превращая обычные рабочие будни в нечто большее. Постепенно их переписка превратилась в обмен настоящими стихами обо всём на свете – о любви, о мечтах, о жизни.
Однажды, после особенно сложной недели на работе, Юсуф предложил Тате прокатиться по ночному Абу-Даби.
– Нужно немного развеяться, что скажешь? – спросил он с хитрой улыбкой.
– Почему бы и нет? – согласилась Тата, чувствуя, как внутри разгорается предвкушение.
Они сели в кабриолет Юсуфа и отправились навстречу ночному городу. Ветер развевал волосы Таты, а городские огни отражались в её глазах. Ночное небо над АбуДаби было чистым и звёздным, словно кто-то разбросал по нему россыпь драгоценных камней.
– Посмотри туда, – Юсуф указал на небо. – Видишь это созвездие? Это Орион. В детстве я часто смотрел на него и мечтал о путешествиях.
– А я мечтала о таких вот ночах, – ответила Тата, не отводя глаз от звёзд. – Знаешь, днём я наслаждаюсь золотым песком Абу-Даби, а ночью – его звёздами. Это удивительное чувство.
Они остановились на одной из пустынных дорог, чтобы просто посидеть и полюбоваться ночным небом. В тишине пустыни, под звёздным небом, их взгляды встретились, и в этот момент Тата поняла, что их дружба стала чем-то большим. Юсуф аккуратно взял её за руку, и они просто сидели, наслаждаясь этой тишиной и новым, ещё не до конца осознанным чувством.