Еще одну койку занимал обильно покрытый бинтами мужик. Его левая рука была плотно зафиксирована, а в правой конечности он сжимал какую-то книгу в мягком переплете.
Павел растерянно захлопал глазами. Он не мог понять, что происходит? Он точно помнил, что еще вчера находился в погибшем мире, роясь, как крыса, на трупе почившей цивилизации. В том мире не осталось ни больничных палат, ни медицины, ни телефонов. То есть, телефоны-то остались, но их аккумуляторы негде было зарядить.
Его голову молнией пронзила дикая мысль — а что, если никакого зомби-апокалипсиса и вовсе не было? Что, если все это ему просто приснилось? Да, сон вышел очень долгим, но ведь известно, что во снах время течет иначе. Вдруг с ним приключился какой-нибудь несчастный случай, попал, к примеру, в аварию, или вроде того, и вот, лежа без сознания, он увидел дикое и страшное сновидение. А теперь вот очнулся, и выяснил, что не было конца света, не было всего привидевшегося ему ужаса, и с минуты на минуту в палату войдет пришедшая навестить его Ирина.
Но вместо невесты в палату вошел уже знакомый ему мужчина в белом халате. Он приблизился к койке Павла, посмотрел на количество жидкости в капельнице, а затем опустил взгляд на пациента.
— Очнулся? — спросил он.
— Да, — тихо ответил Павел.
— Как самочувствие?
— Бывало и лучше. А вы доктор, да?
— Да, — ответил мужчина.
Павел решил сразу же прояснить ситуацию. Ему важно было знать, что происходит. Соблазн поверить в то, что весь этот зомби-кошмар являлся всего лишь сном, был велик, но в глубине души Павел понимал, что это не так. Он мог отличить сон от яви. И те месяцы, что он скитался по мертвому миру, были реальны. Каждая минута. Каждая гребаная секунда.
— Доктор, где я? — спросил он.
— В лазарете, — ответил тот.
— Нет, не в этом смысле. Где я вообще?
— Вообще в Цитадели.
Цитадель. Это название ничего не говорило Павлу.
— Почему здесь люди? — задал он вопрос, который показался глупым даже ему самому. Но лучше сформулировать свою мысль он не сумел.
— Ну а кого ты рассчитывал здесь увидеть? — усмехнулся доктор.
— Но ведь…. Тут все, как раньше. Еще до того, как…. Этого не может быть.
— Не все так, как раньше, — серьезно ответил доктор. — Но ты не волнуйся. Лежи. Отдыхай. Набирайся сил.
Доктор ушел, так и не объяснив, что же происходит, и куда он попал. Павел посмотрел на других пациентов, и попытался припомнить навыки общения с людьми. За минувшие месяцы одиночества он почти растерял их полностью. Наконец, собравшись с силами, обратился к девушке с телефоном.
— Привет, — сказал Павел.
— Привет, — тут же ответила девушка и отложила телефон.
— Слушай, я знаю, что это прозвучит глупо, но ты не могла бы сказать, где я сейчас нахожусь?
— В Цитадели.
— А что такое Цитадель?
— Ну, это город. Или крепость. И город, и крепость одновременно.
Город? Павел от удивления лишился дара речи. Он был уверен, что после разразившейся катастрофы люди еще очень нескоро собьются в группы, нескоро создадут новые поселения и начнут возрождать цивилизацию. Те выжившие, которых он видел, не проявляли склонности к объединению и возрождению. Они тупо пытались не протянуть ноги, как и он сам. И это в лучшем случае. Потому что находились и те, кто пользовался разразившейся катастрофой, вытворяя такое, за что в прежние времена надолго запирали в клетку.
— Откуда эта Цитадель взялась? — спросил Павел.
— Откуда же она могла взяться? — засмеялась девушка. — Мы ее построили.
— Построили?