– Ко мне сегодня добры молодцы приходили, сказали.
Галка уставилась на меня, и вдруг по ее щекам потекли слезы. Настоящие.
– Точно? – недоверчиво спросила Юлька.
Я кивнула. Юлька невесело посмотрела на Галину:
– Ты, однако, даешь: то заставил, зверюга, а то заливаешься по нему.
Галка подняла на нее полные ненависти глаза:
– Что ты понимаешь? – яростно прошипела она. – Что ты вообще понимаешь?
Казалось, еще миг, и она кинется на Юльку с кулаками.
– Кончайте, – попросила я. – Что толку орать? Его не вернешь, зачем истерики устраивать? Давайте-ка лучше поостынем и обсудим все как белые люди. Юль, возьми что-нибудь там, в баре. Для кого теперь беречь?
Юлька достала мартини и бокалы.
– Я не буду, – зло бросила Галка.
– А мне давно надраться хочется. Я останусь у тебя?
– Что ты спрашиваешь? А вообще-то лучше бы снова вместе, как раньше. Галь, может, передумаешь? Позвоним Мишке? Мы ведь с моего приезда так ни разу и не собирались.
Юлька вытащила пробку и блаженно повела носом:
– Какой букет! Жалко, льда нет. Ну, и так сойдет. Верно?
Галка гневно смотрела на нас:
– Как вы можете сейчас, когда мы узнали… – ее глаза вновь наполнились слезами.
– По капельке, чтоб в себя прийти. И его помянем.
– Сказала – не буду.
Она хотела еще что-то добавить, но поднялась и зло бросила:
– Нет уж, без меня.
И, схватив сумочку, кинулась в коридор. Я вышла следом.
– Звони.
– Суки бездушные! – крикнула она и, хлопнув дверью, вылетела из квартиры.
Расстроенная, я вернулась в комнату. Юлька по-прежнему покачивала бутылку в руках:
– Похоже, дружба врозь, а? Что ж, было трио, будет дуэт. Хотя жалко.
Я подошла к балконной двери. Эти чертовы завитки можно только автогеном…
– Он что, к осаде готовился?
Юлька пожала плечами:
– Он часто в командировки ездил – может, воров боялся? Тут сейфа не нашли? Почем знать, какие у него были соображения. Судя по всему, шустрый был мальчонка. А с виду – такой зануда. Ладно, – тряхнула она головой, – что судить-рядить, помянем, земля ему пухом.