Ёрзаю, пытаюсь поправить юбку, чтобы не оголяла ноги, хотя она и так длинная и лишь с той стороны, которая ему не видна, виднеется разрез.
– Неважно.
Он хмыкает, но ничего не говорит. Разгоняет машину, а я чувствую себя отвратительно. У университета должен встретить Лёша. И будет некрасиво, если я вылезу с этой яркой заметной машины.
– Кем будешь, хирургом? – вновь заполняет пространство бас его голоса.
– Слушай, что ты делаешь? – хмурюсь, всё же вскидывая глаза на этого парня.
Он не реагирует, корчит лицо, представляя собой шута. Но там по глазам видно, они будто никогда не улыбаются. Сканируют, изучают, раздевают, ощупывают. Да что угодно делают, только не смотрят доброжелательно.
– А что я делаю, Лапуль? – прищуривает взгляд. – Помнится мне, что ты лишила меня денег, а значит, надо отработать.
Слова вызывают мгновенную потерю дара речи. И я с ужасом смотрю на эту махину. Сейчас правда его лицо выглядит невозмутимым и серьёзным. И это пугает куда больше, нежели он отчебучивал бы свои шутки и задавал вопросы.
– В… в каком смысле? – лепечу, вновь теряя всю сноровку не бояться, которую пыталась вдолбить себе, стоя на пешеходном переходе.
Он останавливается на светофоре и, оставив одну руку на руле, поворачивается корпусом ко мне. Тянет вторую, забитую чернильными змеями или линиями, руку, касаясь пряди моих волос.
Пытаюсь отодвинуться, и буквально не дышу. Боюсь смотреть в глаза, пялюсь в лобовое, моля светофор загореться зелёным.
– В прямом, Ульяна, в прямом, – хрипом звучит тихий ответ, а я, покрываясь испариной, бросаю в него взгляд.
– Откуда… ты…
Он лишь звучно хмыкает, но вернув своё внимание на дорогу, резко газует с места.
Что же сделать?!
Наверняка это случайная встреча, просто потому что ему вдруг понадобилось в эту сторону. Вряд ли есть вероятность, что мы увидимся вновь, ведь так?
Всю дорогу меня потряхивает изнутри, от страха, от неприязни и неловкости, и когда я вижу родные стены университета, то тут же отстёгиваю ремень.
– Завтра в восемь, я буду ждать тебя на той же остановке, где высадил. – задумчиво говорит, медленно ведя головой ко мне. – И поверь, в твоих интересах прийти туда без опозданий.
Последнее слышится особенно зловещим и предостерегающим, а я выскакиваю из машины, даже ничего не ответив.
Не оборачиваюсь, почти бегом иду к воротам, и там вижу Лёшу.
– Уля, привет. – улыбается он, тут же обнимая.
А я не могу. Ладони мокрые от холодного пота, в глазах неверие и шок, а внутри сердце готово выскочить наружу.
Не оборачиваюсь, но и не слышала, чтобы взревел мотор, Лёша ещё что-то спрашивает.
– А, прости, что-то я потерянная, сегодня…– озвучиваю с нервной усмешкой.
– Говорю, кто это? – он указывает на автомобиль, а я даже не поворачиваюсь.
Лёша, это молодой человек из очень хорошей семьи. Мы с ним с первого курса в одной группе. Правда, сейчас пришлось разделиться, потому что с общей врачебной практики, он пошёл дальше на хирурга. Очень целеустремлённый и хороший человек.
– Да так, Машин знакомый, – ляпаю то, что первое приходит на ум, не желая акцентировать его внимание. – Так что там у тебя на парах новенького?
Мне интересно послушать, что они делают, это правда. Но сейчас я это задала вопрос только ради того, чтобы человек, сидящий в машине, наконец, исчез из моего поля зрения.
Когда мы входим уже внутрь, Голосов с упоением рассказывает, как проходят их лекции, а я же всё-таки бросаю мимолётный взгляд на машину, всё ещё стоящую на дороге.
Вижу открытое окно с той стороны, где сидела, и вижу этот взгляд.