— Ну что ж ты, твоя мать, делаешь, а? — бесшумно спросил я у себя самого через минуту — Опять тебе дураку больше всех надо?
Идея вмешаться в разборки демонов была дурацкой. Ну вот просто откровенно тупой. Друзей у меня тут нет и быть не может. Один противник наверняка стоит другого. Людям вреда он мог бы нанести даже больше, а может и уже нанёс. Была тысяча и одна причина не лезть, а тихонько свалить. Но я поступил наоборот, бесшумными прыжками начав заходить в спину суккубе. Не по мне, когда бьют тех, кто не может ответить. И не важно решили ли отмороженные подростки запинать пьяного бомжа, дети избивают ради шутки своего сверстника толпой или демоница мучает демона в своё удовольствие. Да, жалость к врагу — это синоним глупости, но раз уж речь о враге, его надо просто убивать. А пытки — удел больных тварей, одна из которых сейчас поплатится за потерю бдительности. А суккуба её всё таки потеряла и кажется потекла не только крышей. Удары её кнута вызывали не только слабеющие вскрики у истязаемого дьявола, но и её собственные вожделенные стоны. Впрочем чего я ожидал? От кого ждать садизма, как не от демонов? Хотя плевать. Пусть тут хоть кончит в последний раз, лишь бы назад не посмотрела.
В последний момент демоница что-то почувствовала и даже таки успела развернуться, но я был уже слишком близко. Мои выросшие когти прошили сердце твари, выйдя из её спины и мозг, показавшись из затылка. Суккуба затряслась в последней судороге, а я почувствовал, как в меня широким потоком перетекает сила её души. Это явно был не новорожденный доппельгангер, а матёрая тварь, разменявшая ни одно столетие. Пусть она в отличии от нас не относилась к архидемонам даже формально, но скопила кучу энергии, отожравшись на чужих душах. И сейчас эта энергия стала моей, сделав меня сильнее и принеся целый пласт чужих воспоминаний. Только вот времени их просматривать явно не было, тем более что избиваемый дьявол вновь слабо простонал и стал подниматься на ноги, вытащив относительно целой рукой кинжал, а импы наконец схарчили его товарищей и начали смотреть с гастрономическим интересом на раненого. Он же бросил взгляд на мою зубастую морду, потом перевёл его на мелких уродцев, а затем всё таки пошагал в мою сторону.
Правда хватило его только метра на три, после которых он запнулся и упал, вызвав гримасу разочарования на моём лице. Мелкие рогатые однако наоборот страшно обрадовались и ринулись к жертве. Слегка рыкнув, я поднял с земли суккубий хлыст, попытавшийся обжечь мою руку, но почти мгновенно присмиревший, а затем ударил по морде самого шустрого краснокожего демонёнка, случайно снеся ему пол черепа. Похоже навыки убитый твари были восприняты мной что называется на ять. Хотя по ощущениям я запомнил каждый финт с когтями и оружием, который успел увидеть у бесов и их оппонентов. Наверно нужно лишь немного практики и они станут мне, как родные.
Оставшаяся же дюжина импов, увидев расправу над своим товарищем, резко загалдела и отлетела назад, попрятавшись за камнями. Что же, примерно так их и описывали книги демонолога, эти создания трусливы, но не стоит их недооценивать. Они не ушли и будут наблюдать, ища случая добраться до человеческой плоти и души. Впрочем демоническая их тоже более чем устроит. Дьявол же, закряхтев сквозь стиснутые зубы, снова начал вставать, а я наконец скользнул в его поверхностные мысли, заодно передирая навыки. Удивительная всё таки способность.
Хотя мысли противника удивили меня пожалуй не меньше. Вояка был на гране обморока, желал погибнуть в бою и не мучиться, радуясь что суккуба сдохла. Та его скорее всего сейчас всё таки взяла бы в плен, а затем могла истязать долгие месяцы с чувством, с толком, с расстановкой. А ещё испытывал толику благодарности ко мне, всё таки я прибил тварь, ответственную за гибель его подчинённых. После такого мне даже стало как-то неловко убивать едва стоящего на ногах противника и я проворчал:
— Убери кинжал.
Дьявол завис на несколько секунд, а затем всё таки вернул оружие в ножны и проговорил:
— Не знал, что Мифастаэль снова имеет дела с вашим племенем.