Причём истребители любителей закусить человечинкой представляли собой два примера принципиально разных подходов к работе. В церкви Света очевидно куда больше ценили порядок, дисциплину и организованность. Любители немецкого ордунга, туда их в качель. Вот и инквизиториум у них был практически армейской структурой с старшими и младшими офицерами, а так же рядовыми бойцами, службой снабжения, разведкой и контр-разведкой. Структура была в целом довольно эффективная, но весьма громоздкая и порой неповоротливая. Что впрочем свойственно всем крупным структурам, тут уж никуда не деться. Охотники же были скорее сродни ведьмакам или же… охотникам вроде тех, что обитали в сериале про братьев Винчестеров. Только им не приходилось как-то мошенничать с местными аналогами кредитных карт или лично выбивать награды за монстров в случае, если доблестным защитникам людей отказывались платить оные люди. Кстати это наверняка была бы весьма распространённая ситуация, монстр-то чужой и вообще уже дохлый, а деньги надо отдавать свои, кровные, нажитые непосильным трудом, у собственных детей кусок хлеба отнимая. Ты ж защитник людей, что ж тебе, скотине, детей не жалко что ли? Знаем, проходили мы такие ситуации. Тут же церковь Священных Стихий выступала своеобразным посредником и гарантом сделок, который со временем перерос в работодателя и практически начальника. Жрецы постоянно собирали с паствы деньги, пусть те и были меньше церковной десятины в кое-каком ином месте, а в случае нужды отправляли сигнал коллегам о том, что у них появилась работёнка для профессионального уничтожителя всякой дряни, потому как самим лезть на тех же оборотней или вампиров стрёмно, это не неупокоенный дух старого, вредного деда молитвой изгнать в заколоченном доме, которого соседи не стали своевременно хоронить. Охотники имели привычку останавливаться в храмах, где им всегда был предоставлен и стол, и дом. Ну а оперативно получив информацию, ближайший убивец нечисти мчался работать за чеканную монету. Кстати говоря порой для какого-то серьёзного дела собирались целые отряды, в которые входили как охотники, так и странствующие рыцари «стихийного» исповедания. В последний раз конечно такое было давненько, но примечателен сам факт, что вроде бы одиночки без своей организации при нужде могли как-то скомпоноваться в по сути воинское подразделение и порешать крупную проблемку силовыми методами. Хотя подозреваю, что тут эффективность у них была пониже, чем у паладинов Света с инквизиторами, те к командной работе привычнее. Зато охотники более гибки и часто успевают явиться на зов быстрее.
У язычников же как-то вообще не сложилось с силовым крылом их церкви, как собственно и с объединённой церковью, как организацией. Раньше каждое капище было вотчиной какого-то определённого бога, кучковались жрецы различных небожителей с трудом. Собственно сейчас процесс пошёл как раз потому что по одиночке жить стало совсем кисло, а гуртом и батьку бить проще. В силу малой организованности своей маленькой армии у многобожников не было, а проблему нечисти решали сами жрецы. Да и какому-нибудь адепту бога войны или охоты малость невместно перекидывать подобные заботы на чужие плечи. И вроде бы как раз из таких собрать бы им сейчас некий новый орден, обозвать теми же меченосцами или ещё как, но уж больно агрессивные и ершистые эти ребята, не хотят они вставать в строй и кому-то подчиняться. Хотя вроде как тоже по дорогам ходят, некоторые в составе компаний ландскнехтов, некоторые в поисках всякой потусторонщины.
Однако порой даже многоопытные одиночки терпят неудачи потому, что некому прикрыть им спину. Как выяснилось убитый мной глава гнезда был как раз из таких. Когда-то его семью, как и большую часть односельчан, перебили и сожрали оборотни, которые в свою очередь были уничтожены вовремя подоспевшими охотниками-стихийниками. Воспоминания о этих событиях были смутными, но однако весьма эмоциональными, можно даже сказать определившими личность будущего убийцы нечисти. Его, как и ещё нескольких сирот, спасители взяли с собой и переправили в Мунвиндэ, старую горную крепость, где те прошли обучение. К магии у паренька склонности не обнаружилось, но ему было не занимать упорства, сосредоточенности и таланта фехтовальщика, а специальные воинские техники и весьма недешёвые эликсиры сделали из него выдающегося бойца. Не такого конечно, как какой-нибудь графёныш с наследием крови, но нечисти хватало.