После этого враги отпрянули, опасаясь показываться на виду у человеческой колдуньи. Наконец, освободился Брук. Пока Лабдорис и Сидмон держали врага на расстоянии, Хильда заранее озаботилась подбором оружия для варвара. И хоть жрица мало что понимала в хороших колюще-режущих предметах, однако нашла неплохую секиру, и сунула её в руки Брука, как только он вылез из клетки.
— Бегом за мной! — повелела Лабдорис.
Прежде чем покинуть это место, волшебница напоследок бахнула магическим зарядом в толпу огров. Молния сожгла пару из них, и отрикошетила в сторону.
В переполохе, когда всеобщее внимание было приковано к беглецам, никто не заметил, что рикошет попал в подвешенную над землёй клетку. Она свалилась, и пробитая дверь отпала. Через полминуты наружу вылез старый паломник Дед-Хмель. Держась в тени, он подобрался к куче хлама, и пошарил в ней руками. Достав оттуда заветную флягу, старик тепло улыбнулся, и скрылся во тьме.
И Спасатели скорым шагом двигались во мраке.
— Куда мы идём, Лабдорис? — встревожился Сидмон. — Здесь всюду зеленокожие! Мы в полном окружении.
— Просто ступайте за мной, — произнесла волшебница таким твёрдым тоном, что соратники доверились ей без дальнейших расспросов.
Как и ожидалось, вскоре Спасателям преградила путь орава орков. Они взяли беглецов в широкое полукольцо, а сзади слышались крики преследователей.
— О, боги, ещё одной такой вздрючки я не выдержу, — буркнула Рамми. — Конец нам, затрахают до смерти.
Сидмон натянул тетиву, Хильда приготовила световые заклятья, а Брук принял боевую стойку, готовясь к последнему бою.
Однако на сей раз Лабдорис не прибегла к сотворению разрушительных чар. В отличие от Рамми волшебница не выглядела смущённой или отчаянной, как Брук. Она вытянула руку и произнесла:
— Алула…
Зверёк спрыгнул на землю, и побежал прямиком на орков. Преодолев половину расстояния между Спасателями и зеленокожими, он ярко засветился бирюзовым.
Поначалу орки выше подняли оружие, кто-то замахнулся. Но когда фамильяр остановился, позволив окружающим лучше рассмотреть себя, стоящие перед ним зеленокожие опешили, и медленно опустили топоры. А ещё через несколько секунд кто-то из них плюхнулся на колени и завопил нечто подобострастное. Примеру сородича последовали почти все, склонившись перед Алулой.
— Идём-идём-идём! — Лабдорис потянула недоумевающих соратников за собой.
А зверёк побежал дальше, и когда орки замечали его, то неизменно падали на колени, а то и вовсе катились по земле в приступе необъяснимого экстаза. На Спасателей это племя больше не обращало внимания. Чего не скажешь о других зеленокожих, они преследовали беглецов, хотя отставали из-за того, что под ногами постоянно путались фанатичные орки, и отвлекали одержимыми воплями.
— Что происходит? — озадачилась Рамми, пока Спасатели метались между шатрами.
— Пока ты «изучала» обычаи Стальных Мышц, я расспрашивала вождя Гримстарда об орочьих племенах и верованиях, — сбивчиво отвечала Лабдорис из-за того, что большую часть дыхания забирала беготня. — Это племя орков поклоняется тотемному зверю, который очень похож на моего Алулу. Он отвлечёт их насколько возможно. Племя занимает место на краю лагеря, так что если повезёт, то…
Повезло, Спасатели выбрались за пределы всполошённого стана зеленокожих. Здесь отряд повёл уже Сидмон Зверолов.
— Ещё днём приметил тут крутую горную тропку, — говорил эльф. — Надеюсь, там нет дозорных.
Зеленокожие так самозабвенно праздновали победу над варварами, что не выставили охранений; были слишком усталыми и пьяными, чтобы нагнать беглецов в темноте. Потому Спасатели беспрепятственно добрались до горной тропы.
Палица великана
Нелегко в полной темноте босым ступать по острым камням. Спеша уйти от возможной погони, плохо видя коварную горную тропку, Лабдорис и Хильда сбили все ноги. Жрица творила исцеляющие заклятья, чтобы залечить раны. Но Бруку всё равно пришлось попеременно нести на спине то Хильду, то Лабдорис. Зажигать волшебный огонёк для освещения пути волшебница не решилась, опасаясь привлечь внимание преследователей.
Они никак не давали о себе знать до тех пор, пока не начало светать. Сперва почти голых Спасателей настигло эхо криков, а через пару часов, когда солнце взошло над горами, позади показалась ватага гоблинов.