— Прочь, он мой! — Голос был груб, как и у всех орков, однако всё же отличался от того, что слышал юноша до этого.
— Я его нашёл!.. Гр-р-р!.. Ну ладно-ладно, забирай этот кусок мяса!
Спаситель повернулся к парню, и когда он поднял взор, то увидел, что перед ним мускулистая орчиха. Она бесцеремонно схватила его за шиворот, и потащила в сени. Как оказалось, там никого не было. Орчиха толкнула юношу, и он плюхнулся в угол.
— С-спасибо, что с-с-с-с-спасли, — выдавил из себя парень, не пробуя подняться.
— Спасла?..
Она расхохоталась, и юноша даже судорожно улыбнулся в ответ, хотя в глазах застыл ужас.
— Неужто люди настолько тупые?
Орчиха стащила с себя бронелифчик, а затем и меховую юбку. Юноша с раскрытым ртом переводил непонимающий взор от сброшенной одежды к мускулистому телу, и обратно.
Воительница подошла вплотную, так что чёрный волосатый лобок оказался близко к лицу парня. Он с трудом поднял глаза к прессу, а затем и к нависшей над головой большой груди, за которой едва виднелось лицо с застывшей на нём ухмылкой.
— Лижи, — коротко бросила орчиха.
— Ч-что? — парень подумал, что ослышался.
— Я сказала… ЛИ-ЖИ!! Лижи мою манду, жалкий червяк! Быстро!!
— Н-но я… в-ведь… — бормотал дрожащий как осиновый лист парень, глядя на вагину.
— Суй туда лицо, ничтожество! А если сейчас же не сделаешь того — отсеку топором голову, и уткну в шмоньку уже дохлое лицо.
Последнее пугало куда больше, так что парень всё же после секундного колебания нерешительно потянулся к вагине. Чуть высунув язык, он коснулся кончиком зелёной половой губы. И робко поводил им в одной точке.
— Аргх, бездна! — рявкнула потерявшая терпение орчиха.
Она двумя могучими руками схватила парня за затылок, и с силой прижала лицо к вагине. От неожиданности юноша захрипел и схватился за накаченные бёдра.
— Лижи!!
У него и дышать толком не получалось, а потому он не мог исполнить требование орчихи. Однако она и сама неплохо справлялась, всё сильнее вжимая парня в лобок, и натирая об его лицо промежность.
Из-за недостатка воздуха мычащий парень забил пятками по доскам пола, и ударял руками в стены. Орчиха не обращала на это никакого внимания и продолжала неистово елозить вагиной.
Юноша сполз на спину, так что теперь воительница уселась на лицо. Она то чуть попрыгивала, то вновь жалась к несчастному всей промежностью. И при этом рычала от удовольствия. Пребывая в полубессознательном состоянии, парень обмяк…
Орки громыхали по всему хутору, но в главном зале стало как-то уж слишком шумно даже для погрома. Насильница не прервала свою экзекуцию, мельком подумав, что кто-то из самцов всё же устроил драку при делёжке добычи. Обычное дело.
Однако они чрезвычайно разбушевались, аж бревенчатые стены задрожали, с потолочных балок посыпалась пыль, слышались непрерывный лязг стали, бешеный топот и воинственные выкрики. Такое грубые помехи удовольствию орчиха игнорировать уже не могла.
Она поднялась со злобной бранью. Полубесчувственный юноша перевернулся на бок и схватился за влажное раскрасневшееся лицо. Он ощущал себя так, будто по нему пробежал табун лошадей.
— Валяйся на месте, сейчас продолжим, — бросила орчиха.
Не одеваясь, она подошла к двери, и распахнула её.
У порога стоял воин. Но не орк, а человек — лысый варвар, который по своему могучему сложению ничуть не уступал оркам. На его теле красовались узорчатые татуировки синего цвета.
Вот только рассмотреть их орчиха не успела, потому что вооружённый секирой варвар без замаха двинул рукоятью по зелёному подбородку. Воительница отлетела к стене.
А за спиной варвара Брука, в главном зале хутора, развернулся ожесточённый бой между ватагой орков и группой наёмников, известных как Спасатели.