Однако так или иначе моё пребывание в городе магов закончилось тем, что я ушёл оттуда на своей шнеке с очень маленьким, но при этом очень гордым хирдом, в котором было едва ли не поровну как магов, так и воинов. А дальше всё как-то само закрутилось. Изначальной моей целью было изучение магии и возможность посмотреть чудеса нового для меня мира, не умерев в процессе, что как раз обеспечивали в том числе и верные люди рядом. Но с одной стороны надо мной довлело мутное пророчество старой знакомой учителя о том, что однажды судьба Ассонхейма и моего народа окажется в моих руках, а чтобы направить её в нужную сторону мне нужно быть сильным и иметь верных соратников. А с другой в мою небольшую дружину собрался талантливый и весьма мотивированный народ, я же всё больше погружался в тайны магии в целом и ритуалистики в частности, используя старые добрые знания о математике и начертательной геометрии для расчётов ритуальных схем. Результатом этого стало то, что я поднялся на голову выше большинства вирдманов, попутно обретя титул ярла, а мои первые соратники давно уже хедвиги своих собственных кораблей в составе моей дружины и таки да, у нас есть свой собственный город. Никак не могу привыкнуть к этому ощущению.
Хотя сейчас иду по собственному населённому пункту бодрым, целеустремлённым шагом в «колизей». Благо очередной магический эксперимент, чьи результаты мне не терпится опробовать, оказался на финальной стадии испытаний. Само же сооружение хоть и солидно уступало древнеримскому аналогу как размерами, так и красотой, тем не менее исправно исполняло примерно те же функции. Народ северных варваров, они же ассоны, всегда охоч до хорошей драки, в том числе и до тренировочных поединков. Должны же бородатые нордические мужики как-то меряться длинной свои мечей, не так ли? В общем помимо стен вокруг нашего жилья, расположенного в оазисе тепла, которые греют геотермальные источники, а так же домов, пришлось возвести и арену. Одни на ней могли померяться силушкой богатырской, другие посмотреть на это дело и приметить как удачные приёмы, так и слабости товарищей по стене щитов. Ну а мне, как ярлу лишь с половиной ассонской крови, было весьма полезно показывать, что я могу разить врага не только магией, но и честным клинком. Пусть ни у кого здесь нет особых предубеждений против волшебы, но воинское мастерство — это часть статуса, без него никуда.
Зайдя на утоптанный песок арены, я предсказуемо обнаружил там не только свободных от караулов бойцов, что звенели тренировочным оружием, но и уже собравшуюся компанию, состоящую из хольдов и хедвигов хирда во главе с моим форингом, Асмундом по прозвищу Рыжий Кот, который сходу обвинительно тыкнул в мою сторону пальцем со словами:
— Ты опоздал.
— Вожди не опаздывают — сообщил я ему с каменным лицом — И рано они тоже не приходят. Вожди приходят строго тогда, когда считают нужным.
Пару секунд мы с моим другом детства держали морды кирпичом, а потом заржали, после чего мой рыжебородый заместитель спросил:
— Чего задержался-то?
— Очередной эксперимент, сейчас пробовать будем. Готов помахать секирой?
— Всегда готов — оскалился здоровяк, поигрывая своим двуручным дрыном.
— Вот и славно — кивнул я ему, одев на голову крылатый арканитовый шлем.
Остальные освободили нам круг в облюбованном углу площадки амфитеатра, забравшись на трибуны и по отмашке одного из хирдманов схватка началась. Асмунд, не смотря на внушительные габариты, стелящимся шагом ринулся на меня, на мгновение даже создалось впечатление, что воин скользит над песком. В иной ситуации я бы постарался ускользнуть, в конце концов моё копьё длиннее его секиры и разумно держать оптимальную дистанцию, «затыкивая» противника множеством уколов в уязвимые места брони. Но не сегодня.
Рыжий Кот попытался сбить моё копьё в сторону, но его секира встретила неожиданно сильный отпор, немного сбивая воину связку. Я же, получив малую толику инициативы, напротив начал действовать предельно агрессивно. Асмунд сбил мой наконечник в бок, но вывел оружие в положение, с которого я попытался достать колено оппонента пяткой копья. Спасая конечность он сделал отшаг назад, а я продолжил идти вперёд, действуя своим инструментом не по назначению, а скорее как сяньским шестом или эльфийской глефой с лезвиями на каждом конце. Форинг пытался парировать мои удары древком секиры, но получалось у него это не слишком хорошо и почувствовав близость поражения он исчез в телепортации.