Миша любил приключения с детства и поэтому довольно легко влился в ряды горных туристов, как только узнал о существовании подобного клуба. До работы на заводе, он отслужил успешно в армии, занимался разными видами спорта, начиная с бокса, а сейчас и боевое самбо осваивал понемногу на нечастых, поздних тренировках в заводском спортзале, а уж побродить по неизведанным лесам и горам стремился всегда, всё детство пытался путешествовать, то за пределы двора, то за пределы улицы, а там из города убегал, дабы увидеть, то что не видел раньше, или то, что видели единицы и ему удалось быть в их числе. Жажда путешествий будто преследовала его постоянно, и он не противился этому зову души, следовал ему охотно и с удовольствием. Даже в армии, где казалось, жизнь предельно регламентирована и свободы воли минимум, он искал возможность увидеть неизведанное. Разведывательный батальон, в котором он служил, очень часто бывал на учениях, проходивших в различных уголках Монголии. Передвигались на танках, боевых машинах пехоты или бронетранспортёрах на сотни километров. Миша с восторгом наблюдал бескрайние монгольские степи, пустыню Гоби и зачарованный смотрел на восходы и закаты в предгорьях Тибета. Тибет уже там, на подступах к нему, казался великим и завораживающим. Поражался необыкновенной картине, разворачивающейся в холмистых монгольских степях, когда многочисленные стада джейранов перетекали массой сплочённых в единое целое тел, из одной гигантской долины в другую, подчинённые воле своего вожака.
Там у Михаила произошёл один из опаснейших для жизни моментов, когда высушенные пятидесятиградусной жарой густые травы степи, вдруг начинали яростно полыхать и образовавшийся десятиметровый огненный вал, понёсся подгоняемый сильным ветром, по большой площади степи. Скорость огненного потока, оказалась больше скорости БТРа, летящего с горы под сотню километров в час, Михаил забыл вдруг, о том, что на борту его машины триста литров бензина, а огненный вал явно догоняет, и встречи уже не избежать, и опасность сгореть заживо очень близка, парень в этой бешеной гонке умудрялся восторженно наблюдать дикую красоту, летящей стены огня, пребывая несколько секунд в некоей эйфории от встречи лицом к лицу с беспощадными богами огня, ощутил их силу и красоту, восхищался увиденным, вместо того, чтобы боятся. Гибели удалось избежать. Миша, опомнившись, наконец, стоя на борту летящего в долину БТРа тушил с бешеной энергией, загоревшуюся маскировочную сеть, мокрой плащ-палаткой, не пожалел половину канистры с питьевой водой, потом бросил мокрый плащ на резервную бочку с бензином. Как он не улетел с бронированного верха машины в этой гонке, почему в этой яростной топке не загорелась бочка и не взорвался бензин – непонятно. Может, боги огня оценили эту самоотверженность маленького человека и пощадили его, и подчинённых ему ребят, находящихся внутри машины, и ничего не подозревавших в тот момент. Почему решили сохранить им жизнь, может решили, что такие люди, наверняка ещё могут им, богам, пригодиться.
А если вспомнить неординарный случай, когда пять лет спустя, молодые туристы с большим трудом поднявшиеся на самую большую вершину Хамар-Дабана, "Бабху" высотой почти в две тысячи пятьсот метров, пребывая в невероятной эйфории от представшей грандиозной картины, забыли об осторожности и один из них оступившись начал заваливаться под обрыв, где гигантский провал до семисот метров глубиной. Сам парень с ужасом понял вдруг, что удержаться не может и последний полёт в жизни неизбежен, но в этот момент почувствовал, как край его куртки перехватила крепкая рука, находящегося рядом Михаила. Миша на всю жизнь запомнил этот, в первый момент, молчаливый, но очень эмоциональный взгляд, наполненный таким объёмом благодарности, что и сам до конца осознал, только тогда, чего удалось избежать. Спасённый парень Саша, очень крепко пожал руку товарища, никто этой ситуации больше не заметил, так как были предельно поглощены созерцанием великолепных видов.
– Миша, спасибо тебе большое, – прошептал Саша, и Михаил заметил, как его начало потрясывать, после осознания случившегося. Адреналин, ворвавшийся в кровь максимальным объёмом, в критической ситуации таким образом дал о себе знать. Миша ответил на благодарность, тоже тихо и ободряюще: