На протяжении дней и ночей я смотрела в точку. Не могла выбросить из головы мысли о том, что я его не увижу. Ревела в подушку и опять смотрела в точку и сейчас мой крик раздался на весь коридор центра. Я накинулась на охранника и начала избивать его из-за того, что он довел меня. Удар с ноги по его колену сломил его, и он упал на бетонный пол. С кулака я зарядила ему по физиономии и вновь ударила, не предавая значения собственной боли. Я продолжаю бить. Незажившая полноценно разорванная кожа на казанках вновь рвется и проступает кровь. Из его носа бежит куда больше крови и мне это по нраву. Мой мир начинает темнеть с каждым ударом. Сев на него сверху я хреначила по нему, пока он не потерял сознание, но после этого я не слезла с него, а вновь ударила еще сильнее. Кулаки и моя блузка в крови охранника. Я ненавижу его. Слезы вырываются вместе с агрессией. Сзади подбегает его напарник и оттаскивает меня от него, но я упрямлюсь и пытаюсь вырваться из силков.
– Я убью тебя! Мразь! – кричу я. – Я убью тебя!
Охранник отпускает меня, и я чувствую, как по моему телу потрескивая пробегают сотни молний. Он ударил меня шокером в бедро. Я падаю на пол и подергиваюсь от разрядов. Внутри меня ничего не остается кроме злости, я готова убить всех за своего отца.
После того, как он закрыл дверь я не смогла найти себе места. Не смогла найти в себе силы справится с внутренними демонами и разгромила всю квартиру. Вероятнее всего он там погибнет и это заслуга властей. Я останусь одна и не знаю, что может произойти, чтобы я смерилась с этим. Я помню, как он сказал мне ничего не бояться. Помню, как он пытался меня воодушевить на дальнейшую жизнь. Помню, как он обнял меня и вытер слезы с моих щек. Помню, как он закрыл дверь с другой стороны. Помню, как мир рухнул в моих глазах, когда я осталась один на один с мыслями об одиночестве. Потеряв его, я себе сказала: все будет по-другому, и вся моя жизнь изменится!
– Доченька, – послышалось в стороне. Я нахожусь в тумане и не понимаю как это возможно.
«Дочь», повторяется несколько раз голос отца.
– Папа, ты где? – выкрикиваю я и оборачиваюсь, чтобы зацепиться взглядом. – Папа иди ко мне.
Вокруг лишь гребанный туман.
– Ева, – вновь произносит он, но уже со стороны спины. Я оборачиваюсь, но его нет. Голос уходит глубже в невидимость. Я бегу ему навстречу, но не догоняю.
– Нет! Где ты? Папа? – зову его, но он не отвечает. Оглядываясь в его поисках, я понимаю, что становится холоднее и темнее. Я падаю на колени и начинаю рыдать.
– Ева Тай, ее забирайте на Терру! – сквозь тьму в сознании услышала я.
Что? Терра? Я тоже иду на миссию? Кто это произнес?
Множество вопросов всплывали у меня в голове, и я увидела себя за стеклом. Я звала себя и подойдя ближе к стеклянному кубу, окруженному густым туманом, включился яркий красный свет. Я начинаю бить по стеклу, чтобы вытащить вторую себя из заточения после того, как она прислонила ладонь к стеклу. На ней было написано: Помоги!
Мне удается разбить стекло, и я открываю глаза. В поле зрения попадают четыре солдата с оружием и пятым был доктор Мейсон, в его руках планшет. Он подошел к следующему парню. Люди в комнате суетились и пытались спорить с ними, но это их не останавливало, они хватали всех, на кого укажет Мейсон и выводили из помещения.
Я что под заключением?
Я понимаю, что после шокера я потеряла сознание, а туман и голос отца были лишь сном.
– Найт Скотт, тоже самое, – произнес Мейсон. – Ты тоже пойдешь, – продолжает он, указывая на моего друга детства Сэма. Я его так давно не видела. Что он здесь делает?
Я не подавала вида что очнулась. Меня выдать могут лишь глаза, бегающие по камере.
– Пока хватит, – говорит он и тыкает в планшет. На руки меня поднимает охранник и выносит из комнаты. Далее они закрыли дверь и вой людей утих. Я посмотрела на охранника, который несет меня, и он заметил, что я очнулась. Моя блузка вся в крови, она высохла, как и кровь на руках. Он скинул мои ноги придержав верхнюю часть тела, чтобы я не упала.
То есть они правда отправят нас на Терру. «Я смогу увидеть отца!» – обрадовалась я и добровольно согласилась идти.