— То есть, алиби у неё нет.
— Алиби ей нужно, если её подозревают в убийстве. А у нас тела нет. Тело — наша главная задача на данный момент.
— Почему тогда жена думает, что эта Виннер виновата?
— Ревность. Твоя жена бы тоже тебя ревновала к Виннер, хоть ты её никогда и не видел.
— Что же там за особа такая, хочу её увидеть, — он засмеялся и обернулся в поисках поддержки.
— Может быть, ещё увидишь. Не знаю, что за самомнение у этого Артёма Иванова, но я бы не стал изменять Авроре Виннер и никогда бы по собственной воле от неё не ушёл… Однако. Жена не может поверить, что он мог сбежать от неё. Думает, что с ним что-то нехорошее случилось. Многие так думают, годами живут с человеком и не знают его, не знают, как он хотел сбежать и наконец сбежал от них всех. Родители Иванова проживают в Туле. У них он не объявлялся. Кстати, о его жёнах они отзываются исключительно положительно, особенно о первой, но тоже не верят, что он мог сбежать. Границу он не пересекал, заграничный паспорт его остался дома, хотя мы знаем, что он мог получить другой, случаи такие нам известны.
— Это всё?
— Из фактов, да. Из интересного, Виннер в марте купила место на кладбище для перезахоронения ребёнка, но передумала. По её словам, место пустует. Какой у нас план действий?
— Надо ещё раз поговорить с Виннер.
— И что ты у неё будешь спрашивать, Олег?
— Найду, список составлю.
— И она тебе ничего важного не скажет, повторит то, что уже говорила. А ещё тебя допросит и всю информацию о следствии выманит. К ней без моего разрешения не соваться, не звонить, ничего не спрашивать.
— Ну тогда, я не знаю.
— Ясно, Олег, помолчи.
— Надо съездить на кладбище, проверить, была ли она там в тот день, — неожиданно оживился стажёр.
— Правильно, надо взять записи с камер, если они там есть, если они рабочие, если записи сохранились. Опросить персонал, она там часто бывает, может быть, кто-то её запомнил. Ты этим и займёшься. Заодно возьми разрешение на вскрытие могилы.
— Какой могилы? — парень поёжился.
— Того места, которое она купила для ребёнка. Оно должно пустовать.
— Ааа.
— Фото Виннер знаешь, где взять?
— В Instagram посмотрю.
— Молодец, пацан. Бери то, что без фильтров, наиболее реалистичное.
— Ясно.
— Тебя, кстати, как зовут? Забыл.
— Коля.
— Мария, запроси ещё раз оператора сотовой связи на предмет, не появляется ли в сети телефон Иванова. Обнови и разошли его фото с описанием по моргам и больницам. По регионам разошли тоже. Был у нас случай один. Искали мужика, тоже ушёл из дома и не вернулся. Пропал в Москве, нашёлся через шесть лет в Магадане, в колонии строгого режима. Его приняли в Новосибирске за кражу со взломом и нападением, там же осудили и этапировали. Родственников он не предупредил. А Челябинским следователям до этого и дела не было. Личность установили и хорошо. Его ориентировку московский следователь только через шесть лет опознал, зато дело закрыл.
— Поняла, Вадим Игоревич.
— Ну что же, начинаем искать.
Группа неспешно и неохотно поднялась со своих мест и побрела на поиски.