Виталий Горяшин
Хроники Разлома: Язык Пустоты
Я не хотел быть героем.
Но герой – не тот, кто спасает.
Герой – тот, кого не отпускают.
Я жил в руинах Мёртвого Города.
Не потому что любил тишину.
А потому что здесь никто не знал моего лица.
Здесь не было ни статуй, ни гимнов, ни легенд.
Только ветер, скользящий по обсидиановым стенам, как будто сам город выдыхал воспоминания.
Я пытался быть человеком.
Варил суп из кристаллических грибов.
Чинил старый генератор.
Слушал, как Нейра читает вслух из сгоревшей книги, найденной в библиотеке, где слова были выжжены, но голос остался.
Она говорила:
«Истинная свобода – это не отсутствие цепей.
Это право на них снова надеть.»
Я не знал, чьи это слова.
Но они врезались в память, как баг, который не удаляется.
Прошло сто девять дней с тех пор, как я сказал «нет».
Не врагу.
Не судьбе.
Миру.
Когда я отказался запускать rollback_reality.exe, я думал, что этим всё закончится.
Что реальность, оставшаяся сломанной, но живой, сама найдёт путь.
Что магия вернётся не как закон, а как дикая природа, как дождь после пожара.
Что мы сможем просто…
жить.
Но мир не хочет просто жить.
Он хочет смысл.