“Теперь я сам себе выбор. И я выбираю не быть тем, кто молчит и страдает.”
Финал главы:
Тебя ранили.
Но теперь ты либо носишь этот нож в себе и режешь им каждую женщину.
Либо ты его вытаскиваешь.
Говоришь: “Да, это было.”
Но я больше не ребёнок.
Я больше не нуждаюсь.
Я – не тот, кого не любили.
Я – тот, кто теперь сам выбирает, КАК его можно любить.
И кто больше не прогибается за тепло.
Ты с ней. Всё нормально.
Она целует тебя. Спит с тобой. Говорит: “Я люблю тебя.”
Ты держишь её за руку. Её пальцы тёплые, глаза открытые.
А внутри тебя – яд.
Там сидит голос.
Тихий, злобный, въедливый.
Он говорит:
И всё.
Ты больше не с ней.
Ты – в своей ебаной голове, где она уже ушла, уже заменила, уже выбрала не тебя.
Где корень?
В тебе.
Ты сам когда-то не чувствовал себя важным, нужным, первым.
Может, в детстве тебя сравнивали.