При всё при этом она открыто говорила, что ни с одним клиентом она не переспала – лишь давала намёки. Ей нравилось, как мужчины следят глазами за её шпильками, длинными ногами, попой, желая угодить ей, лишь бы наблюдать за этим дальше, теряя рациональный ход мысли.
Интересовали её саму такие как Густав: красивые, умные и умеющие держать себя в руках, а не обтекать слюнями в присутствии женщины как она.
Сегодня она ожидала сразить его. Ярко красное платье, полностью открывающее плечи и с косым срезом внизу от колена до верхней части бедра. С её планом он не должен был устоять.
Она забронировала отдельную комнату для них на втором этаже: длинный диван, стол, стеклянные окна с обзором на танцпол и караоке.
Они были вдвоём. Густав сидел на диване, Оксана с микрофоном встала прямо перед ним. До этого она несколько раз говорила, что пока не готова петь эту песню, но после почти полностью выпитой бутылки «Асти Мартини» включила песню «Солнце» Ани Лорак.
«… это как с душой расстаться -
жить без тебя…»
Пела Оксана. Ей казалось, что она идеально исполняет эту песню. Нужно быть в нужном состоянии, чтобы произносить эти слова. И её внешность при этом. Она считала её идеальной, особенно ноги. Часто любила говорить про себя, а иногда и вслух, что, может, у неё плохой характер, зато самые красивые ноги. Она закончила петь и присела рядом с Густавом. Он был совершенно спокоен, будто происходившее только что лично его не касалось, будто он просто оценивает актрису на кастинге.
Положив руку на спинку дивана и слегка дотронувшись до её плеча Густав приблизил губы к её уху и негромко сказал: «И часто ты поёшь эту песню?»
«Нет. – Оксана слегка улыбнулась, не поворачивая голову. – Очень редко… Она моя любимая».
– Только в особых случаях? Или под настроение?
«В особых случаях под настроение.» – покивала она, улыбнулась и повернула голову. Её глаза просто блестели от желания, словно она готова была разорвать на себе это шикарное платье, чтобы вцепиться в него, именно вцепиться и не отпускать, пока он целиком не станет её собственностью.
«Мне понравилось. – утвердительно и спокойно сказал Густав. – Расскажи о себе, Оксан. Почему ты так любишь клубы?»
– Не знаю… Здесь чувствуешь себя свободной. Делаешь, что хочешь… Все свои… А вообще я хожу попрыгать.
– Наверно, родители всегда ругались…
– Да-а-а! Но они быстро привыкли, что у меня такой характер.
– Такой это какой?
– Злой… Да, злой. У меня ещё все спрашивали, почему я со своим молодым человеком рассталась. Я спрашивала в ответ: «Вот, а тебе бы понравилось, когда у твоя вторая половина приходит домой в 3 часа ночи и по пьяни». Они все говорили: «Нет». Я отвечала: «Ну вот, и ему это тоже не понравилось».
– Да. Откровенно.
– Что есть – то есть.
Она говорила от чистого сердца. Будто убийца, вечно скрывающийся и нашедший кого-то, кому излить душу. А с другой стороны было видно, что она себя оправдывает с видом на будущее. Чтобы потом не извиняться за своё поведение, а просто сказать: «Я же предупреждала, какая я есть».
Густав не часто таких встречал, но уже знал, что с ней теперь делать, осталось только узнать на фоне чего ему это делать.
«А чего ты больше всего боишься?» – спросил он.
«Грозы. Грома и молний. Мне нужно, чтобы кто-то рядом был». – она говорила очень серьёзно. Понятно, что это не тот страх, что парализует или заставляет терять рассудок, но вот то, что он выводит её из равновесия – это точно.
Оксана снова взглянула ему в глаза, руки нежно обвили его шею, ближняя к нему нога медленно и плавно залезла к нему на колени.
«Может, ты споёшь что-нибудь?» – спросила девушка.
«Нет, но знаешь… Можем пойти попрыгать».
Она улыбнулась и легко расхохоталась: «Пойдём, Гус!»
До этого она успела рассказать Густаву, что в клубах у неё очень много знакомых, а в этом особенно. И в этот раз уже поговорила с управляющей, барменом, официанткой, узнала, как дела, кто-где, кто Ди-джей и потом озвучила всё это вслух.
Оказалось, что тех, кого бы она рада была видеть, сегодня не было. Пабло, нового владельца этого заведения, из-за заносчивости которого многие перестали сюда ходить, она тоже не любила, но хорошо и давно знала.