Защита дипломной работы прошла вполне успешно – я создал оригинальную установку для исследования свойств кристаллов, что-то там намерил и тем заслужил положительную оценку своего труда от Петра Леонидовича Капицы, директора ИФП и заведующего кафедрой низких температур. Он даже предложил мне работу в его лаборатории, передав это приглашение через Людмилу Андреевну. Было ещё предложение от Рудашевского, но от должности младшего научного сотрудника ФИАН я сразу отказался.
Два соображение не позволили мне стать рабочей лошадкой в Физической лаборатории, которой руководил сам Капица. Там проводились исследования горячей плазмы, поскольку мэтр задумал создать управляемый термояд, а мне эта малоперспективная тема была неинтересна. Более того, я уверен, что управляемый термояд на Земле (!) никогда не создадут – это противоречит законам природы. Во-вторых, мне до жути надоел эксперимент, поэтому и в ФИАН не пошёл, а хотел продолжать учёбу в аспирантуру и делать диссертацию на основе собственной теории нелинейных свойств антиферромагнетиков при низких температурах.
Так оно и получилось при содействии Боровика-Романова – зачислили в аспирантуру. Однако рано радовался. Дело в том, что мне прочили в наставники ученика Льва Ландау, тот работал в Харькове и вот-вот должен был перебраться в ИФП. Но дело затянулось – Мусик, такое у него было прозвище, хотел в Москве получить пятикомнатную квартиру, эквивалентную тому, что было в Харькове, а ему предлагали лишь четыре комнаты. Переговоры затянулись, и я, не имея научного руководителя, мог проскочить мимо аспирантуры. Что делать? С грехом пополам нашли замену Мусику – физик-теоретик из того же харьковского института, недавно женившийся на дочери какого-то членкора и со скандалом перебравшийся из Харькова в её московскую квартиру. Повезло? Это как сказать.
Обычно научный руководитель формулирует задачу и даёт рекомендации – как следует её решать, какие методы использовать. Но мой наставник начал с того, что сунул мне в руки толстенную пачку листов формата А2, исписанных формулами, а затем сказал:
– Изучайте.
Постепенно стало ясно, что никаким наставничеством тут и не пахнет. Вот характерные фразы, которые слышал от него не раз:
– Володя, ёксель-моксель, ничего не понимаю!
– Поймите вы, я счётчик!
В общем диссертацию я защитил, хотя особенно гордиться нечем. Уже потом написал несколько статей по той же теме, которые вполне могли бы стать основой более солидной диссертации, однако жить на зарплату младшего научного сотрудника не просто, поэтому и пришлось с защитой поспешить.
Вот за что благодарен горе-наставнику – он свёл меня с начальником отдела из НИИ радиоэлектронной промышленности, где создавали ваттметры СВЧ на самых разных принципах, и тот предложил поработать у него, пообещав должность старшего научного сотрудника, а это как-никак 250р, вдвое больше, чем у мэнээса. Надо было зарабатывать деньги на однокомнатную квартиру, поэтому я согласился, к тому же в СВЧ-тематике неплохо разбирался
Ну а Физтех… Говорят, что он уже совсем не тот, что в 60-е и 70-е годы, деградирует прямо на глазах. Жаль, многому я там научился и прежде всего – думать, как ни странно это прозвучит.
Впервые я увидел Новый Свет в 1964 году. До этого на Чёрном море не бывал – пару раз отдыхал в Прибалтике, но как-то она мне не приглянулась. И вот вместе с однокурсниками, успешно сдав экзамены за первый курс, я отправился поездом на юг. Что было в дороге, не запомнилось. Помню лишь, что до Судака от Феодосии добирались на такси. Весьма однообразный пейзаж – сплошные виноградники. И обязательные остановки с выходом из автомобиля – несколько метров приходилось пройти по влажной подстилке, пропитанной химическим веществом. На санитарных кордонах тогда боролись с филоксерой. Проезжаем какой-то не слишком впечатляющий, пустынный Коктебель. Перевалили через Кара-Даг, проехали Судак, Уютное и вдруг – здрасьте вам, шлагбаум на въезде в пограничную зону! Пришлось долго объяснять сторожу, что нас в Новом Свете ждут. В итоге повезло, поскольку сторож знал фамилию наших будущих хозяев, с ними уже была договорённость о предоставлении жилья. Далее узкая дорога вдоль моря – слева пропасть, а справа огромная гора. Дорога петляет, водитель закладывает виражи то влево, то вправо, и вдруг… Вдруг после очередного поворота перед собою видим рай!