Это было узнавание до костей, до дыхания, до клетки.
Как будто две половины давно расколотой звезды вдруг вспомнили, что когда-то были единым светом.
– Полина, – сказала она. – Очень приятно.
– Дмитрий, – ответил он, будто это имя жило рядом с ним много жизней. – Проходи. Чем ты занимаешься?
Он улыбнулся, глаза блеснули мальчишеской свободой, лёгкой дерзостью и внутренним морем:
– Считай, что по жизни я… пират.
«Пират», – повторила она мысленно.
И вдруг в его взгляде вспыхнуло что-то знакомое – из детства, из глубин памяти души. Это напомнило ей её любимого героя из сказки. В нём было что-то от её отца. От света и от шторма одновременно.
– А я, знаешь… дочка пирата, – звонко смеясь ответила она.
И всё стало странно логичным. Как будто этот диалог уже был однажды прожит. Где-то там, где души встречаются до рождения тел.
Она – правильная, светлая, сильная, «хорошая девочка»… Но в глубине жила искра – дерзкая, живая, свободная. Та, что тянется к тем, кто не боится ветра.
К тем, кто видит не образ – а сущность.
Они сидели напротив друг друга, чай остывал, слова текли, но настоящие разговоры происходили между сердцами, без языка.
– Скоро уеду, – сказал он. – Я не из этого города.
– Подвезёшь меня?
– Конечно.
Она только начала водить.
Ориентировалась в городе неуверенно, но в тот момент знала – она справится. Вселенная не дарит такие встречи тем, кто должен сомневаться. Он сел рядом и весь путь смотрел на неё – мягко, глубоко, будто считывал карту звёзд на её лице.
– У тебя веснушки? – спросил он неожиданно нежно.
– Да.
Пауза.
– Знаешь… я никогда не любил веснушки.
Она хмыкнула. Слова говорили одно, но глаза – другое:
«Ты прекрасна. Ты настоящая. Мне дорог каждый твой атом».
Так внимательно её ещё никто не рассматривал. И она не обиделась – она умела слышать душой.
Они доехали.
– Я скоро вернусь, – сказал он.
– Буду ждать, – ответила она.
Спокойно. Без просьбы. Без страха. Как будто знала это всегда. И как только он вышел – мир будто замер. Ночь стала гуще, воздух плотнее, сердце – живее.
Как будто мир остановился на вдохе и шепнул: