Родители смотрели на сестру со слезами на глазах. Я не мог вынести всего этого. И продемонстрировал письмо. Но его не приняли к сведению.
Мерзавца оправдали, а моя сестра стала в глазах других бесчестной девушкой.
Доказательства, что были у адвоката, нам продемонстрировали прямо на улице. Дядька Беслана стоял рядом с ним с усмешкой на губах и торжеством в глазах, уничтожая всё, что было у нас. Сжимая письмо в кармане, я смотрел, как они сами приговаривают себя к уничтожению. То, что закон не встал на нашу сторону, говорило лишь о том, что я сам должен стать законом для этого мерзавца.
В тот же вечер отцу стало плохо. Сердце не выдержало тех гнусных обвинений в сторону нашей Айки.
Стоя на похоронах отца, я поклялся расквитаться с этой семьёй. Я готов был убить Беслана. И сделал бы это, но на четвертый день после похорон к нам на порог заявился дядя Беслана.
— Соболезную, друг, — сказал он, как хозяин устроившись в любимом кресле отца. — Хорошим был человеком. Но судьба у него такая. Вот не стали бы делать из мухи слона — жили бы себе дальше. А теперь, парень, ты не только сестру лишился, но и отца. Продолжишь в таком же духе — потеряешь и мать с младшей сестрой.
— Пошёл вон!
— Я уйду, но хотел сказать вот что. Тамила, вы потеряли дочь и мужа. Если хотите, чтобы и оставшиеся дети остались рядом с вами — уезжайте. Навсегда. Как только пройдут сорок дней, на сорок первый… ладно, на сорок пятый, вашего сына посадят за… ещё не решил за что. А ваша младшая дочь… Есть время ещё подумать. И да, не советую возвращаться назад.
Он ушёл, оставив за собой прах. Я понимал, что он сделает это со своими связями. На себя мне было плевать, а вот мать и сестра… Я не мог допустить, чтобы они страдали ещё больше. Я должен был защитить их.
А родственники… Они все отвернулись от нашей семьи. Ни один не поддержал нас и даже на похороны отца не соизволили явиться. Мне помогал Джамал и его семья. Они стали нашими родными.
Решил дождаться, пока не пройдут сорок дней. Следил за всем, что происходит в жизни Беслана. Джамал познакомил меня с Алтаем, который в какой-то степени являлся уличным бандитом.
Спустя время узнал, что Беслану засватали невесту из какого-то села. Нашли дурочку, чтобы перекрыть слухи про их мальчика. Но на девчонку было плевать.
На сорок второй день я смотрел, как моя мать и младшая сестра со слезами на глазах прощаются с нашим домом. Во мне кипел огонь ярости, видя их несчастные лица. Я мечтал причинить ту же боль виновнику и его семье. И я сделаю это, чего бы мне это ни стоило. Даже если его родственник сидит среди верхушки этого города, я отомщу ему и его семейке, иначе меня зовут не Амиров Марат Рамазанович.
— Ваш папа с таким трудом и любовью построил этот дом, а сейчас… — всхлипывала мама, оседая на пол. — Они забрали у нас всё. Почему Всевышний так несправедлив?
— Они ответят за всё, мама, — твёрдо заявил я.
— Не совершай глупостей, — шептала она, прикрыв глаза. — Я не могу ещё и тебя потерять.
— Не потеряешь! Залина, бери свою сумку и в машину, я помогу маме, — мой голос звучал холодно и непривычно для мамы и сестры, но они понимали меня как никто другой.
— Поехали с нами? — просила мама, держа меня за руку. В её глазах читалась мольба, но я не мог так просто, поджав хвост, уехать.
— Я приеду через два дня, мам. Даю слово!
Она не верила. Боялась за меня. Но так же отлично понимала, что я всё равно сделаю по-своему. Проводив их к железнодорожной станции, усадив в поезд, я вернулся в дом. В дом, который разрушил один гнусный подонок. И он ответит за всё, что сделал.
Решил позвонить и напомнить ему о себе. Он должен знать, что скоро отправится туда же, куда ушли моя сестра и отец. О маме и Залинке позаботится Джамал — я с ним уже договорился об этом. Дай Аллах каждому таких друзей, которые никогда не подведут. Он и сам хотел приехать и помочь мне, но я не стал его впутывать в это. Не нужно.
— Алло? — весело ответил мерзавец.
Я прикрыл глаза, чтобы сдержать ярость. Убрал телефон от уха, сделал пару глубоких вдохов и выдохов. Но когда поднёс трубку назад, он уже забыл обо мне. Он даже не понял, что я звонил. Кажется, просто убрал в сторону телефон и продолжил весёлый разговор.