Из доклада Маркуса Линдермеера по «Песне о последнем народе».
Внемлите, о Девы, преданьям былого,
Как гордые люди царили над миром,
Как меч их сверкал в сраженьях кровавых,
Как пали пред ними все вражьи дружины.
Нет равных нам больше! – гласили их клики,
Нет воли, кроме как воли народа!
И рухнули башни чужих исполинов,
И пепел врагов развеяли ветры.
Нет равных нам больше! – гласили их клики,
Нет воли, кроме как воли народа!
И рухнули башни чужих исполинов,
И пепел врагов развеяли ветры.
Текст «Песни…» переполнен мотивом абсолютной победы, ведущей к стагнации, повторяется во многих текстах:
– в «Арвефни» это метафорически выражено через «зашитый рот» Эйрика – немота как символ прекращения диалога с миром;
– в «Overmorgen» торжество технологической «перезагрузки» (взята наиболее распространённая версия текста, версия 2.3.) оборачивается катастрофой, когда «дети» стирают серверы – победа над биологическими ограничениями уничтожает саму основу для развития.
Параллели в текстах также очевидны:
– «Арвефни» – «Стены, покрытые уравнениями» – речь, конечно, о знании, ставшем мертвым, лишь рисунками на стенах;
– «Overmorgen» – «Они отрезали их от истории» – разрыв преемственности как причина коллапса.
Далее в «Песне…» идут такие строки:
Но что за победа без новой угрозы?
Что слава без зова грядущей битвы?
Сидели герои в чертогах златых,
Теряя былую отвагу и силу.
Умолкли навек молоты кузнецов,
Застыли в доках корабли недоделанны,
Иссякли напевы усталых бардов -
Кому петь победы, когда некому слушать?
В «Арвефни» это воплощено в детях-формах, которые, не встретив сопротивления, превращаются в пустые сосуды («Dette er kjærlighet» – ложь, заменившая подлинный конфликт).
В «Overmorgen» «чёрный иней» – символ замороженного прогресса, где вирус в митохондриях искусственно замедляет эволюцию, лишённую внешнего вызова.