Даже если закончатся патроны – можно ещё череп им кому проломить.
– Томми, если тебя не затруднит – принеси господину Щульцу воды – что-то бледный он больно. Как бы в обморок не упал. – обратился Вард к охраннику и того как ветром сдуло.
Алая старым котом, вертевшийся за спиной в директора, подал голос:
– На ладонях очень характерные натёрности – такое чувство, что нашему герою пришлось изрядно клинком помахать.
– Начинайте говорить, Герман, я готов вас слушать – полиция вас слушать уже не будет им нужно на кого-то повесить всех собак, и вы для этого подойдёте идеально.
И Герман Щульц заговорил.
Несколько лет назад, после назначения Германа на должность директора музея, тот позволил своему старинному другу Вальтеру уговорить себя на подмену венделорского клинка репликой, легендами о которых главный конструктор «Waffenfabrik Eisen & Geist GmbH» был одержим много лет.
Когда подмена вскрылась, Герман устроил скандал и потребовал, чтобы клинок был возвращен.
Вальтер отказался.
Герман надавил.
Сильнее, чем следовало.
Вальтер, желая доказать теорию, о том, что легенды имеют под собой вполне материальную основу, вогнал клинок себе в сердце.
Боясь, что теперь вся эти неприглядная история выплывет наружу, Герман расчленил своего друга и выбросил в один из каналов Рат Варрена.
Вард курил, наблюдая за тем, как Германа Щульца арестовывают – Томми не только воду принёс, но успел и полицию вызвать. Сообразительный малый. Зря только штаны просиживает в охранниках.
Томми зря просиживает штаны, а он – Лео Вард – зря провёл это день.
Тайна гибели главного конструктора не приблизила его к раскрытию дела.
Герман Щульц был не причастен к пропаже прототипов – в этом почти не было сомнений.
Вальтер фон Абендрот если и был причастен к делу, то у него был соучастник – главный конструктор окончил свою жизнь за день до похищения из хранилища.
В недавней исповеди мелькали дойчские собаки, коллеги-тупицы и много кто ещё, но особое внимание было уделено какому-то Ганс Троуп – ему тоже покойный что-то хотел доказать.
Можно было потянуть и за эту ниточку.
Скорее всего этот Ганс Троуп был кем-то из коллег покойного, из тех жителей города, которые ближе к свету, чем к тени, поэтому было вполне логично, чтобы справки по нему навела полиция, – просьбу о чём через молоденького лейтенантика Вард и передал инспектору.
Сегодня уже было сделано достаточно.
Необходимо взять паузу.
Олд Харбор. Район Смоки Джав. Кофейня «Сломанное колесо».
Смог этим утром был особо густой и даже дрянной кофе не мог смыть его вкус с глотки.
Вард закурил.
Всё что было у полиции на Ганса Троупа лежало в тощей папке перед ним.
Профессор из бухгалтерских книг успел нарыть пока только то, что фамилия Троуп часто мелькала рядом с крупными суммами. Профессор нарыл бы больше, но Вард ему не мог позволить работать всю ночь. Не в его возрасте и не по такому поводу.
Серая тоже ничего особого не принесла.
Из новых лиц – появились гастролёры – какие-то дуболомы, дело у которых то ли сорвалось, то ли перенеслось на неизвестный срок, поэтому те пили и бузили.