– Положительнее бухла и жратвы на орка только хорошая драка влияет. – любил говорить Пройдоха на эту тему.
И судя по увиденному мной – гоблин готовил свой отряд именно, что к хорошей драке.
Но я тоже не безголовый – прихватил в «Борове» окорок, полголовки сыра и так по мелочи – всё за счёт Мародёров.
Гулять так гулять, особенно если за чужой счёт, – не стоит себе ни в чём отказывать.
К Трес-Коллинас добрались раньше, чем Ви обещала – солнце только перевалило за половину небосвода, а мы, миновав поля, что раскинулись вокруг, въехали в деревеньку.
Наше прибытие, благодаря глазастым быстроногим детишкам, не оказался уж полной неожиданностью, и на центральной площади, которой служил грунтовый пятачок с колодцем по середине, когда мы туда добрались, народу собралось уже прилично – человек двадцать-тридцать, пожалуй, было.
Старосту я признал сразу – он возглавлял тех, кто просил помощи у деда. Томмазо, так кажется, его звали.
– Синьор Томмазо, как и обещал – прибыли, так скоро, как смогли.
– Староста или просто Томмазо, мессир Створовски. – замахал руками в ответ на моё приветствие староста.
– Позвольте представить мою спутницу – сеньориту Ви. Вы, должно быть слышали о её почтённой матушке – Виолетте Гутенберг из Новой Вероны. Сеньорита Ви, как и её матушка, алхимик, и также, как и её матушка, разбирается во врачевании, и за небольшую плату готова оказать помощь.
Ви, которая никакой дочерью Виолетты, конечно, не была, а была самой Виолеттой просто в половину моложе, соскользнула с повозки и поприветствовала людей изящным поклоном.
О Виолетте Гутенберг люди не слышали, но всё равно порадовались тому, что кто-то с громко звучащим именем оказался в их краях.
Услуги Ви – ещё одна статья пополнения моего кошелька. Двадцать процентов это двадцать процентов, считай только за то, что я вещи таскаю.
Благодаря тому, что на обед я сточил окорок и прихваченный сыр, а также тому, что Ви довольствовалась порцией, которую я за раз в рот отправляю, за столом, что был накрыт в честь нашего приезда, я даже, наверное, выглядел прилично, а не проглотом, готовым разорить деревню только за счёт той еды, что необходима для моего прокорма.
За столом не только поели, но заодно выяснили всё, что известно о стае волков, волколака, который полагался вожаком стаи, никто не видел, но слушали вой, от которого кровь и жилах стынет, и видели следы, будто волк размером с добрую лошадь был.
Проказница, уже избавленная от бинтов, крутилась рядом, вызывая всеобщее восхищение – деревенские-то коты вид имели скромный и часто потрёпанный. А тут шерсть – шерстинка к шерстинке. А тут хвост – не хвост, хвостище.
В ночь никуда идти не стали – искать боя в незнакомом лесу, ночью и противником, о котором только с чужих слов и знаешь – такое себе занятие. Если бы я искал способ умереть – поискал бы что-то более уместное и менее глупое.
Таким образом, Ви получила возможность подзаработать и мне, и себе деньжат.
Местные же получили доступ к квалифицированной медицинской помощи, ведь какой бы там прохвосткой Ви не была – лечить людей она умела, в алхимии понимала и, в отличии от меня, имела военный опыт, поэтому, не смотря на все её недостатки, являлась крайне ценным спутником.
Не стоит также забывать тот немаловажный факт, что только кандидатура Ви устроила мою уважаемую матушку, как напарника, с которым мне будет позволено покидать город, а одно это перевешивает любые недостатки, которыми могла бы обладать Ви. Любые.
На ночь Ви разместилась в доме старосты. Всё-таки какая-никакая, а девушка.
Мне же и снаружи нормально, мой лежат он роднее, чем чужая кровать. Да и Ви за храп и вонь пинать не будет.
Пусть уж там спит, а я тут.
Заодно послушаю, чем тут ночь пахнет.
Может, чего ветер и принесёт.
За ночь я понял две вещи.
Первая – волки были. Стая – голов двадцать.
Вторая – волколак был, и, судя по вою, – размерами он вряд ли сильно уступал лошади.
Встали, задолго до рассвета, с деревенскими.
Облачился в рабочее.