И мне хотелось думать, что это у меня неплохо получалось.
Место вчерашнего боя представляло собой печальное зрелище.
Разрытая земля, сломанные и поваленные деревья. Разорванные и растоптанные волчьи тела. Проплешины, исходящие вонючими испарениями – кислоты и яды, что применяла вчера Ви, продолжали свою страшную работу.
Туши волколака на месте, где мы её должны были найти, не оказалось. Уволокли имперцы её. Ожидаемо. Что никаких пакостей для нас не оставили – тоже ожидаемо, но всё равно за это я им был очень благодарен.
Просто для успокоения совести прошёлся немного по местности.
Ничего не унюхал.
Вроде как и не было тут никаких имперцев. Не было тут и никакого волколака.
– Надо бы нейтрализовать всё, что представляет опасность. – убедившись, что никакой опасности нет, предложил я.
– Может просто скажем деревенским недельку-другую сюда не соваться? Ингредиенты для дезактивации они ж не бесплатные.
– Пятьдесят на пятьдесят? И вместе идём тебе за ингредиентами.
Ви не слишком разборчиво что-то сказала на тему богатеев и глупых орков, которые отчего-то пытаются вести себя как благородные люди.
Я согласно кивнул и отошёл чуть в сторону, чтобы не мешать ей работать и успокоиться – я ведь к бою готовился, а не к тому, что придётся тупо сидеть и ждать, пока Ви работает.
Прям посидеть, чтоб совсем без приключений не вышло.
Из чащи вышли Мародёры.
Один тащил на плече голову нашего волколака.
Каких-то пояснений ситуация не требовала – имперцы забрали тело волколака, а по возращению на базу оказались атакованы Мародёрами. Пройдоха, беспокоясь обо мне, послал отряд проверить – всё ли со мной в порядке.
Орки, памятуя, что там где-то рядом со мной и награда была за охоту, прихватили с собой голову волколака. Поржать над наградой в сто монет, конечно, дело святое, но вот не забрать эту награду, если такая возможность есть – глупо.
– Обидно верно – нарядился как на парад, а волколака уже без тебя завалили. – хохотнул орк, что шагал первым.
Этот орк был крупнее и явно старше остальных.
А если бы в Поджо делла Рисса у меня не был разбит нос, я бы ещё тогда унюхал, что он – отец Шила.
Обидно ли мне было?
За награду, которую забрали бы мы с Ви, не явись они с головой волколака этого?
Нет, мне не было обидно.
Я почувствовал, как во мне пробуждается ярость:
– Обидно, когда орк годен лишь на то, чтобы чужие награды воровать.
– Ну я хотя бы орк. А ты – не пойми кто.
Шестерёнки в моей голове щёлкнули, выдавая формулу, что вместо того чтобы угасать начала разгораться в моём разуме:
И вот я уже стою напротив этого огромного орка.