Окончательная природа: путь, пустой от «самости»
Однако мудрость Наланды простиралась за пределы этого условного функционирования. С точки зрения окончательной истины, согласно учению Мадхьямаки, даже эти могучие Тридцать Семь Факторов, сам путь и его плод – Пробуждение – лишены неотъемлемого, самосущего существования. Их истинный способ бытия – пустотность от независимой сущности. Они возникают и действуют лишь в силу бесчисленных причин и условий, в силу обозначения названиями и понятиями. Они не существуют «со своей собственной стороны», отдельно от всего остального.
Подобно тому, как мост необходим, чтобы перейти реку, но сам мост не является «рекой» или «другим берегом», и он не существует «сам по себе», независимо от материалов, строителей и самой реки, так и факторы пути – это условные средства, помогающие пересечь сансару, но они сами по себе пусты. Мудрость, постигающая пустотность, видит, что даже такое благотворное явление, как памятование, возникает и исчезает в зависимости от условий и лишено своей «самости». То же верно для усердия, сосредоточения, мудрости – всех 37 факторов.
Опасность цепляния: ненависть к «золотым цепям»
Понимание этой окончательной природы критически важно, особенно для продвинутых практикующих и Бодхисаттв. Ибо, парадоксальным образом, можно развить глубокую привязанность даже к благим качествам и самому пути. Цепляние за «мое» памятование, «мое» сосредоточение, «мою» мудрость, восприятие их как чего-то твердого, самосущего – это тончайшая форма духовного эгоизма, которая является препятствием на пути к полному Освобождению. Это подобно человеку, который, получив карту сокровищ, начинает так восхищаться самой картой, ее рисунком и бумагой, что забывает идти к сокровищу.
Великий Бодхисаттва Шантидева, чей «Путеводитель по образу жизни Бодхисаттвы» был краеугольным камнем в Наланде, ясно указывал на эту опасность. Он учил не цепляться даже за заслугу, обретенную от практики совершенств, за сами совершенства, за действователя и объект действия. Совершенное подношение – это то, в котором отсутствует цепляние за «я, которое подносит», «то, что подносится» и «тот, кому подносится». Эта мудрость пустотности предотвращает превращение духовных достижений в новые, еще более крепкие цепи, хоть и золотые.
Синтез Наланды: единство метода и мудрости
В традиции Наланды этот двухсторонний взгляд был неотъемлемой частью практики. Союз искусных средств (условного пути, мотивации Бодхичитты, практики всех 37 факторов на относительном уровне) и мудрости (постижения их окончательной пустотности) – вот, что составляло суть Пути Бодхисаттвы. Практикующий с одной стороны усердно развивает все благие качества, видя их ценность и необходимость для освобождения существ, а с другой – постоянно проникает в их истинную природу, видя их как лишенные самости, как иллюзорные по своей сути. Это позволяет действовать в мире с величайшей эффективностью и состраданием, не будучи при этом связанным омрачениями и концепциями о «я» и «моем».
Таким образом, в традиции Наланды Тридцать Семь Факторов Пробуждения рассматривались не как набор жестких правил или самосущих сущностей, но как динамичный, живой путь. Их условная природа делает их действенными инструментами для преображения, а их окончательная, постигаемая мудростью пустотность, освобождает от тончайших оков цепляния, ведя к тому Освобождению, которое выходит за пределы любых концепций, как об этом учили великие мастера.
Бессамостность (Анатта / Анатман) и Пустотность (Суннята / Шуньята)
На пути к Пробуждению, после того как твердый фундамент нравственности заложен, а бушующий ум успокоен в безмятежности Шаматхи, тренировка в мудрости достигает своей сердцевины. И здесь, в самом ядре прозрения, сияют два ключевых понятия, подобно двойной звезде, освещающей путь к Освобождению: Бессамостность (Анатта на Пали, Анатман на Санскрите) и Пустотность (Суннята на Пали, Шуньята на Санскрите). Именно эти истины, постигнутые на опыте, способны рассеять мрак неведения, являющегося корнем всех страданий.